Проржавшись, Пётр выдал:"

"— Я женат, парень! Будь уверен, я в курсе, о чём говорю. Ну? Начнём уже?

— Хех, не боишься пойти против слова царевича? — с ухмылкой уставился на него Батуми.

Пётр вновь рассмеялся. А затем твёрдо произнёс:

— Слава царевича Евгения — лишь его пожелания. А даже если бы были и приказом, надо мной стоит лишь один человек, волю которого я должен исполнять. Наш господин — Максим Константинович.

В машине повисла торжественная тишина.

— За Максима Константиновича! — крикнул Батуми. — Разливай, Петя! Кто не выпьет, тот жопа перса!

По фужерам полилось игристое, с весёлым гиканьем бойцы моего ближнего круга потянулись к бокалам. Они повторяли тост, поздравляли меня с предстоящей свадьбой, желали хорошенько запомнить сегодняшний день…

В общем, все выпили.

А затем Вареник, который хоть и не является моим вассалом, но которого я решил позвать с нами, хмыкнул и тихо произнёс, обращаясь к Пете:

— При всём уважении, Ваше Благородие, но не только Его Сиятельство стоит над вами. А ещё ваша прекрасная супруга. Ну и супруги Его Сиятельства.

Народ заржал.

Петя, просмеявшись, принялся открывать очередную бутылку. А как пробка вылетела, уставился на Вареника и произнёс:

— За твои заслуги перед Личными Стражами и за твой прошлый вклад в дела нашего господина, я не стану ни спорить с тобой, ни возмущаться. Но, знаешь, дружище, чтобы так со мной базарить, следовало бы встать со мной в один ряд.

— Титул барона меня не интересует, Ваше Благородие. При всём уважении, — мило улыбнулся Вареник.

— Не в титуле дело! — махнул резко рукой Пётр. — Пора бы тебе уже определиться и принести клятву верности Его Светлости.

Он испытующе уставился на Вареника. Тот с дурацкой улыбочкой смотрел на барона Воробьёва и думал о чём-то своём.

— Петя, не бузи, праздник же! — Батуми хлопнул по плечу Воробьёва.

— Да я и не бузю, — пожал плечами Воробьёв. — Так, мысли человеку дельные подбрасываю.

— За что я вам благодарен, Ваше Благородие, — обозначил поклон Вареник. — Но всё же, позвольте мне самому решать, когда подойти к Его Светлости с подобными беседами.

Он загадочно посмотрел на меня.

«Если этот самец со смешными ушами присягнёт тебе, большинство оставшихся Личных Стражей губернии пойдёт за ним. Удивительный он. Авторитетный. Это из-за ушей в форме куска теста? Или из-за носа картошкой?»

«Это из-за его деяний», — хмыкнул я.

Машина резко тормознула, Пётр едва не пролил игристое на рубашку Батуми. Тот уж было открыл рот, чтобы возмутиться, но через динамики раздался извиняющийся голос водителя.

— А нечего стоять в едущей машине, — заметил Олег, глядя на нашего полководца. — Сидеть безопаснее.

— Ты поучи ещё начальника! — фыркнул Батуми.

— Так сегодня ж все равны, — осклабился Змей.