Сердце обливается кровью, неужели мы все-таки сбили его? Ему же больно… а вдруг у него лапы…

Мишка шокированно наблюдает в окно. Будь возможность, он бы прилип к стеклу.

— К собаке не подходить. Я сам. Может отреагировать агрессивно, — краткое пояснение, но я все равно делаю пару шагов вперёд.

Тихий успокаивающий голос Демида проникает в кровь и обещает, что все будет хорошо…

— Ну что ты… тииихо, тииихо, я тебя не обижу, — осторожно двигается к собаке. Пёсик даже не скалится. У него печальная морда, и он продолжает скулить. — Ты что ж так выскочил неожиданно, тебя даже на обочине не видно было.

Да, собачка грязная, шерстка испачканная, тёмная. На животе мелкими кусками прилипшая грязь и сосульки из шерсти. Он так жалостливо смотрит на нас. И он, кажется, ещё щеночек. Его и правда не видно было…

— Малыш. Поедешь с нами? Тебе бы лапки осмотреть. Проверить, чтоб повреждений не было.

Пёсик боится, дрожит. Внимательно следит за каждым движением Демида, а тот вплотную не подходит, неторопливо уговаривает.

— Я сейчас его в салон отнесу. Влад, ты назад пересаживаешься. А он под моим присмотром будет. Пойдём, мелкий? — обращается к пострадавшему. А щенок лишь настороженно поджимает уши. — Замерз, да? — и все таким же тихим уверенным голосом продолжает уговаривать пса вести себя тихо и не кусаться. — Тебе будет намного лучше, если ты с нами поедешь. Только уговор — не кусаться. Ну? Ты же меня понимаешь, да? Ты же уууумный, по глазам видно… давай я тебя отнесу. Я буду осторожен, обещаю… согласен?

Пёсик, видимо, привык к людям: когда Демид протянул руку, зверь, хоть и настороженно, но ткнулся носом и разрешил себя погладить по голове.

Усадил Демид его на переднее пассажирское сидение. Пока кажется, что все не так уж и плохо. По пути мы заехали в магазин, купили псу сосиски. А он с жадностью набросился на ужин.

В ветеринарной клинике мы потратили довольно много времени. Пёсик очень нервничал и громко скулил. Так жаль его было.

Переломов нет, лишь немногочисленные ушибы. Передвигаться он будет медленнее, чем обычно.

— Папа, а погладить?

Сыночек с искренним сожалением смотрит на бедное грязное животное. Пожалеть хочет. Мы только что вышли от врача и ещё не понимаем, что делать дальше. Оставлять его на дороге не хочется. А к Демиду везти… я не могу уговаривать мужчину, это ведь не мой дом."

"— Миш, давай немного попозже. Он ещё боится, — Демид подходит ко мне и шепотом уточняет. — Влада, я бы не хотел, чтоб Мишка его трогал. Мало ли что. Животное уличное. И укусить может, и облаять. Никаких прививок нет. Он же дикий.

— Да я понимаю, все правильно… ну… и что будем делать?

Глаза Демида горят огнём, ему тоже жаль пса. Щенок ещё только растёт, хоть уже и довольно внушительных размеров.