Неделю назад я начал оформление на её имя бумаг – дарственная на титул баронессы Айнберг. Разумеется, дарственная будет выдана от имени моей матери, а не от меня, чтобы избежать лишних слухов.

– Когда станет известно о вашей связи…

– Аравер, – оборвал я его. – Никто не должен об этом знать. Ты ведь понимаешь, что это может быть использовано против меня? Сначала – уладим конфликт с Ароном. Не хочу, чтобы мои решения как-то коснулись Марики и она пострадала от них.

– Вы правы, – вновь повторил Аравер и опустил голову.

– Но у меня будет к тебе просьба: присмотри за Марикой.

Пока я не решу внешние проблемы.

– Я сделаю всё от меня зависящее, – отозвался Аравер.

– Вы зако-о-ончили? – раздался голос Владимура, и сам кот проявился на моем столе. – Поговорить бы надо.

Герцог поднялся на ноги и, попрощавшись, вышел, а Влад придвинул ко мне дневник в кожаном переплёте, почти на две трети исписанный крупным, размашистым почерком.

На некоторых страницах записи были перечёркнуты или вовсе замазаны чернилами, а рядом на полях имелись заметки, сделанные той же рукой, но менее аккуратно и разборчиво – должно быть, писавший спешил или волновался.

Я машинально перелистывал страницы, пока взгляд вдруг не выхватил слово “дитя”. Я вчитался в текст. Расшифровка пророчества о дитя мира!

– Знакомый почерк, – тихо прошептал я, чувствуя, как в горле пересохло, и перевернул на обложку, прочитав, кому принадлежат дневники.

Йоргов старик!

– Орва-а-альд, – фыркнул кот и выпустил коготочки, – позво-о-оль расцарапать ему лицо-о-о, мяф!

– Только после меня, – сжал зубы и выдернул страницу из дневника.

Взгляд Влада в этот момент нужно было видеть – настоящий ужас и шок.

Я слевитировал прямо из окна и обернулся драконом, устремившись в небо. Я мчался изо всех сил, и влетел в обитель еще более взвинченным. Орвальд обнаружился не в кабинете, а в библиотеке. Кажется, он заметил пропажу – Влад умел переходить через книги, поэтому я уверен, что личные записи с пророчествами он нашел именно здесь.

– Ваше величество…

Я бросил смятую страницу к ногам Орвальда. Оракул поднял её и расправил. Его пальцы дрогнули. Старик вздохнул, потерев виски.

– Проблемы с памятью? – едко спросил я. – Поэтому решил записывать свои планы?

– Мои видения часто расплывчаты, со временем дополняются, представляя мне всю картину.

Тогда я делаю наброски в своих дневниках.

– О, значит, то, что моего ребенка придется принести в жертву ради мира – тебе пришло позже?! – рыкнул я и приблизился к Орвальду, схватив его за горло и приподняв над полом.

Мои глаза полыхнули магией. Я мог бы убить оракула здесь и сейчас! Он все очень ловко спланировал. Я не удивлюсь, что именно он подстроил нашу с Марикой встречу.

Но нет, убийство – не мой метод.