Среди руин я чувствовал себя почти свободным. Старый камень, пыль, копившаяся веками, чудом сохранившиеся фрески и вольготно гуляющие сквозняки. Лучше места для берсеркера не найти.

Я чувствовал запах окружившего крепость леса. Свежесть омытой дождем листвы. Влажную мягкую землю. Мокрый камень, повидавший века истории. И чертову карамель. Она была повсюду! Я пытался перебить этот аромат, но он все равно преследовал меня. Цветочная сладость ощущалась везде, куда бы я ни пошел. В каждом гребаном зале, подземелье, даже в камерах пыток.

Я пытался отвлечь себя от почти наркотической потребности вернуться в ратушу и найти ту, которая пахла так, что меня трясло. У меня есть дело. Письмо отца, старые документы и столько материала на флэшке, что на его изучение уйдут месяцы.

Я хотел восстановить крепость. Хуже всего, что это желание появилось из-за НЕЕ. Из-за той, которая пахнет, как самый сладкий из грехов. Я знаю, что ничего хорошего из этого не выйдет. Знаю, что с каждой минутой во мне крепнет что-то темное, просыпается худшее. Но удержаться невозможно.

Я постоянно думал о ней. Не мог удержаться. Даже когда разбирался в сотне отцовских файлов на заднем фоне в мозгах маячила она.

Хуже всего стало, когда я спустился в подземелья. Хотя неправильно было называть это место именно так. Скорее, подземный этаж для оргий, которые устраивали мои предки. Чтобы никто не видел происходящее и не мог помешать.

Здесь они могли позволить себе быть животными и не бояться, что крики похищенных женщин кто-то услышит. И сами женщины могли не стесняться. Могли свободно кричать во весь голос."

"Мне потребовалась вся сила воли, чтобы уйти оттуда. Потому что возле каждой стены, у каждого поручня, я представлял ЕЕ. Кого? Безликую мутную фигуру. Четким был только ее аромат — карамель и цветы. Сладко и сливочно. Так, что слюна выступала, и ныли зубы от потребности войти в ее кожу, прокусить плоть, вонзиться до десен и оставить на ней алые укусы. Чтобы по всему телу они превратились в фиолетовые синяки и заживали долго, напоминая о нашей близости.

Это начинало смахивать на безумие. Я всегда бежал от этого. Не хотел. МНЕ ЭТО НЕ НУЖНО! Но зверь внутри ревет от нужды отправиться на охоту. Учуять. Выследить. Настигнуть.

Не знаю, как заставил себя вернуться наверх и взяться за работу. Нужно отвлечься. Вокруг херова куча проблем, а я подвисаю на аромате какой-то сучки, которую ни разу даже не видел. Будь она проклята! Мог бы — убил бы нахрен, чтобы не мучила меня. Сам факт ее существования причинял физическую боль.

Мне нужны ясные мозги. Нужно решать проблемы. А в голове только она…

Я удерживал себя в крепости. Обустроил свое логово прямо на полу. Почти сутки не ел и не пил, изучая файлы, оставленные отцом.