Марина сложила руки на груди:

— Если для этого нужно опять идти на кладбище, то тут я тебе больше не помощник! — Она все-таки не сдержала ухмылку.

— Ты мне не веришь. — Лиля поджала губы, чем напомнила Марине старичка-смотрителя, работающего в детдоме. Георгий Иванович делал точно так же, когда был чем-то недоволен.

Марина не стала скрывать:

— Нет, не верю. Потому что все это — ерунда. Не бывает никаких ведьм, их помощников и тайных языков."

"Лиля аж покраснела. Кажется она начала по-настоящему сердиться.

— А что если я тебе докажу?!

Марина хмыкнула и все-таки поднялась со стула:

— Вчера ты уже доказала мне. Что я идиотка, у которой плохо варят мозги, если поперлась на кладбище.

— Я по-другому докажу!

Марина и не заметила, что они уже стоят напротив друг дружки и орут во все горло, пытаясь отстоять каждая свою правоту.

— По-другому? Заколдуешь меня? Или сядешь на метлу и полетишь?

— Вот из-за таких как ты, на нас и охотились!

— На вас охотились из-за того, что одна соседка решила наябедничать на другую, потому что у той корова давала больше молока! И вообще, мы в России живем! Никто тут ни за кем не охотился! Я историю учила!

— Охотились! Везде охотились! Этому на твоей истории не научат! Нас до сих пор преследуют! — У Лили из глаз выступили слезы, и Марина поняла, как глупо они выглядят. Стоят посреди кухни и орут друг на дружку.

— Так, знаешь что… каждая из нас останется при своем. Ты веришь, что ты ведьма. Я верю, что у тебя не все в порядке с головой. Прости за грубость, но я буду говорить прямо. — Марина сделала шаг назад и снова потрогала щеку. — Я очень хотела приключений. Думала, что как только сбегу от родителей, то сразу попробую все, чего они меня лишали. Но, наверное, я застряла где-то в возрасте двенадцати лет. Когда хочется стать взрослой, но безумно страшно остаться одной. Давай ты будешь… колдовать или чем ты там занимаешься. А я поищу приключения поспокойней.

Лиля вытерла покрасневший нос рукавом и несколько раз тихо всхлипнула:

— Я хочу доказать тебе, что не вру. Давай… давай ты последний раз мне поверишь? А я постараюсь тебя убедить.

— Лиль? Тебе вообще зачем все это?

— Ты нужна мне! Я с ума сойду, если буду держать все в себе, понимаешь? — Она прижала ладони к ушам и затрясла головой. — Мне нужно кому-то рассказать, поделиться, спросить совета… А ты мне даже не веришь…

Марина почему-то на цыпочках подошла к Лиле и осторожно обняла ее. Она была почти на полголовы ниже, но чувствовала себя каким-то огромным существом, которое может и должно дать свою защиту потерявшемуся во всей этой мешанине ребенку.

— Ну, тише-тише… Ты что? Не плачь… Ты сама подумай, какой я тебе совет дам? Я в своей-то жизни разобраться не могу.