Елисей забрал серебро, получил грамоту и отправился готовиться. Через день он скрытно покинул Старицу, направившись на запад, в земли Речи Посполитой. Люди отправлены, оставалось ждать и надеяться на их успех.

А жизнь в Старице шла своим чередом. Дядька Поздей гонял бойцов по раскисшему полю, отрабатывая приемы конного и пешего боя. Туляки и тверские уже освоились, влились в десятки и были уже полноценно Старицкими. Споры и мелкие стычки, конечно, случались, но дядюшка пресекал их жестко.

Посадские под руководством стрельцов осваивали не только самопалы, но и копья — простое, но грозное оружие для защиты стен. Мои сторожа во главе с дядей Олегом уже довольно сносно обращались с пистолями, вызывая зависть и уважение у остальных воинов. Карась продолжал муштровать отроков, и самые старшие из них уже показывали неплохие результаты.

Вместе с весной оживились и связи со столицей. Зачастили доверенные люди от князей Одоевских и Хованских. Официально — за новыми партиями стекла, спрос на которое в Москве, по их словам, только рос. Привозили серебро, обсуждали с моим новым дьяком Савелием финансовые вопросы."

"Я был радушным хозяином, но отвечал уклончиво, показывая лишь то, что хотел — крепнущую Старицу, лояльных людей и выгодный товар. Стекло отгружал исправно, серебро принимал, но душу не раскрывал. Чувствовалось — в Москве обо мне помнят и мой удел на Волге вызывает все больший интерес, а возможно, и беспокойство.

Однажды вечером, после очередного визита человека от Хованских, я долго стоял у окна в своих палатах, глядя на темнеющий город и скованную льдом Волгу. Дел было невпроворот: полк требовал постоянного внимания. А ведь имелось еще и знание будущего, которое давило невидимым грузом. Убийство Лжедмитрия, воцарение Шуйского, смута, интервенция… Все это должно было случиться совсем скоро. Хватит ли сил, людей, серебра и удачи? Да и не определился я еще, как действовать, а время поджимало.

— Тяжко тебе, Андрюша? — раздался за спиной знакомый голос деда Прохора. Он вошел тихо, как всегда.

— Есть немного, деда, — не стал я скрывать. — Многое на кону стоит.

— А когда легко было? — Дед подошел, положил тяжелую руку мне на плечо. — Ты князь, тебе и решать. Но помни — ты не один. Мы рядом. И люди твои за тобой пойдут. Главное, не мешкай да головой думай. А сила приложится.

Слова деда немного успокоили. Да, я был не один. Рядом оставались верные люди, рос полк, крепла Старица. Нужно было действовать дальше, шаг за шагом приближаясь к своей цели.

Февраль пошел на убыль, приближалась Масленичная неделя.

— Ждана и Илью зови! — приказал я Окишу.

Спустя полчаса они стояли на моем пороге.

— Здрав будь, княже, — оба отвесили поклоны, и я оглядел их.