– Тишина! – скомандовал Элвуд резким трубным голосом.

Стало тихо. Слышно было, лишь как Брэндон жует кукурузные зёрна. Элвуд повёл головой, как радарной антенной, и остановил жёсткий взгляд на мне. Жевание Брэндона смолкло. Теперь можно было различить лишь ветер.

– Девятнадцать учеников, – заговорил Элвуд немного более мягким тоном и поскрёб свой нос.

А я насчитал только восемнадцать. Я что-то пропустил – или Элвуд не умеет считать?

Педагог поглядел в сторону открытой двери.

– Хуанита, – произнёс он неожиданно ласково, – смелее. Выходи, не бойся. Для начала ненадолго.

– Не хочу, – услышал я в голове робкий девичий голос и, оглянувшись, увидел в углу двери паутинку, а на ней маленького чёрного паучка.

– Мы не смотрим на тебя, – заверил Элвуд, – а я принёс тебе роскошное платье.

– Какого цвета?

– Жёлтое.

– Ну ладно.

– Прошу всех закрыть глаза, – распорядился учитель.

Минута прошла в тишине, что-то зашуршало, и нам разрешили открыть глаза. Передо мной сидела девочка. Я понял, почему ей так не хотелось превращаться в человека. В жёлтом платье её тельце походило на комок теста, а руки и ноги были слишком тонки. Она закрыла лицо ладонями и робко глядела на класс в щёлки между пальцами.

– Молодец, Хуанита, – похвалил Элвуд. – Оценка «отлично», ты справилась превосходно. Если хочешь, можешь превратиться обратно. Каждый день будем понемногу прибавлять время, хорошо?

Хуанита кивнула. И вот уже пустое жёлтое платье упало на землю, и паучок карабкался по своей паутине.

– Ну-с, посмотрим, что умеют другие новенькие. Караг, будь добр, выйди вперёд.

Ну, началось. На ватных ногах я вышел на пару шагов вперёд. Много пар глаз пялилось на меня, очень много. Те, кто меня ещё не знал, – с любопытством, Холли, Брэндон, Дориан и Нелл – с сочувствием, волки – нагло и злобно, и Лу – настороженно-скептически. Только Виола, козочка, не глядела на меня вовсе – она в это время жевала травку.

– Ну, покажи нам твоё второе лицо.

Да не проблема, уговаривал я сам себя. Превращайся! Ты можешь, сто раз уже делал! Ты же гораздо дольше был пумой, чем человеком. Проще простого. И котёнок бы смог.

Котёнок бы смог, если бы в шаге от него педагог не сверлил его взглядом. Меня бросило в жар. На лбу выступил пот. Мучительное ощущение, особенно если до этого никогда в жизни не потел.

Он это специально! Он же знает, как тяжело превращаться, когда на тебя давят!

Я закрыл глаза и представил, как я с родителями и сестрой бесшумно бегу по лесу. Скользящие плавные движения. Я вижу, как двигаются у них мышцы, плечи под коричневой шкурой. Мягкие лапы легко ступают на землю. Вот, вот, уже покалывает во всём теле!

Что-то маленькое, но жёсткое больно ударило меня в спину. Я вздрогнул от испуга. Покалывание исчезло.