Она внимательно меня рассматривает, а потом, поджав губы, тяжело вздыхает.

— У тебя что-то случилось?

— С чего ты взяла?

— Я же вижу. Неприятности на работе?

— Да нет.

— С Аллой?

— А разве у нас с ней когда-то было хорошо?

— Вот и я думаю, что не было, здесь что-то другое… женщина?

— Возможно.

— С тобой сложно разговаривать.

— Почему? Я ответил на каждый твой поставленный вопрос.

— Ты в точности как твой отец.

— От осинки апельсинки не рождаются.

— И то верно. Так что за женщина?

— Мы есть пришли или как?

— Или как, — она растягивает губы в хитрой улыбке, а потом застывает.

Оборачиваюсь. Ну конечно, Лунга. Черт ее дернул со своей ногой на работу припереться. Недовольная к тому же.

— Женя? — мама поднимается. — Женечка, — слегка повышает голос.

Лунгу обращает на нее внимание, улыбается. Потом переводит глаза на меня и бледнеет.

— Женя, — мама делает шаг, и Женька сама к нам подходит. Медленно, очень медленно, даже почти не выдавая свою хромоту.

— Здравствуйте, Эмилия Германовна, неожиданная встреча.

— Не то слово. Присядешь к нам на кофе? И оставь уже в покое мое отчество.

— У меня много работы, — оглядывается на бар.

— Ты здесь работаешь?

— Да.

— Какая прелесть. Я буду заходить чаще.

— Будем Вам рады.

— Как ты? Рассказывай, мне интересно. Я очень расстроилась, когда узнала, что вы с Игоречком тогда расстались.

Закатываю глаза. Мама в своем репертуаре.

— Дела давно минувших дней… А так… так все хорошо. Работаю вот.

— Ребенка родила, муж бросил, — добавляю, прищуриваясь.

Женька бледнеет, а глазки-то бегают.

— У тебя есть ребенок? Какая прелесть. Мальчик? Девочка?

— Девочка.

— Я тебя поздравляю. А то, что без мужа, так это не беда. Все будет хорошо, вот увидишь.

— Спасибо, — опускает глаза.

— А как зовут? Фото есть? — не успокаивается мама.

— Да, конечно. Полина, — Женька протягивает телефон.

Мама смотрит в экран. А потом недоуменно поднимает взгляд на меня. Странная реакция. Она еще раз повторяет манипуляцию, а Лунга вырывает из ее рук мобильник.

— Женя…

— Мне пора. Извините.

Лунга уходит, а мама сверлит меня недовольным взглядом.

— Игорь, ты мне это как-то объяснишь?

— Что именно?

— Девочка — вылитая ты в детстве.

Мама еще что-то говорит, а меня накрывает волна злости. Странное чувство последних дней тает. Поднимаюсь с кресла, идя в Женькин кабинет.

Глава 10

ЖеняЭто какой надо быть дурой? Эмилия точно все поняла. Зачем я показала это фото? Зачем? Просто она всегда мне импонировала. Открытая, жизнерадостная, иногда дурно становилось от мысли, что Игорь ее сын. Совсем же не похожи.

Вот я и прониклась, через столько лет. Эмилия меня всегда поддерживала, а еще запрещала называть по отчеству.