Знаешь, на кого раньше работали?

Макс в упор посмотрел на меня, но тогда я еще не знала.

— На кого?

— На дядю твоей сестры, Марина. Ты знаешь, что год или два назад он попал в очень неприятную историю?

— Нет. — По телу пробежал колкий холод.

— Он в тюрьме, Марина, за убийства. Ты знала об этом?

— Нет…

Он больше ничего не сказал, хотя я ждала, да и до сих пор жду, что он потребует от меня перестать видеться с По. Но он молчит. Пока.

Полина… Владимир Петрович в тот же день забрал ее из больницы, нанял для дочери сиделку и никому не позволяет с ней общаться без его присутствия. Даже мне. Особенно мне. Наверное, это и правильно. Потому что я не знаю, не представляю, что я могу сделать, если мы останемся с ней наедине.

В голове не укладывается, что она могла на такое пойти. Согласиться. Пелена спала или родственные чувства уступили место разуму, но я совершенно уверена, и мне не нужны ничьи признания: По осознанно вошла в роль наживки, прекрасно зная, чем это должно было закончиться для Максима.

Я не смогу ей этого никогда простить. Как бы она ни любила Дугина. Уверена, дело в нем. Но мы еще поговорим с ней. Обязательно!

Львов уволился. Даже не так — просто не пришел на работу на следующий день. Пропал. Все вещи его остались в съемной квартире, включая документы и деньги.

Как в воду канул. Но полиция вряд ли будет его разыскивать из-за дела Дугина — то, что он все сливал Денису, еще надо доказать. Но кто будет этим заниматься?

По мне, так никогда бы больше его не видеть, не слышать. Человек-хамелеон. А ведь сначала он мне нравился.

— Не скучала без меня? — Максим снова рядом, обнимает и усаживает к себе на колени. — А я скучал.

— Чего хотел Грин? — Утыкаюсь носом в его плечо.

Какое же это счастье — просто сидеть рядом, чувствовать его, вдыхать родной запах, слушать дыхание, целовать зеленые глаза..."

"Самая большая роскошь в жизни, которая только возможна. Я смотрю на него и не могу наглядеться. Никогда не смогу. Сколько бы времени мы ни были вместе, сколько бы портретов его я ни написала.

— Чего хотел Грин? — переспрашивает Макс, ухмыляясь. — Алекс в своем репертуаре — хочет выжать максимум. Просит стать его консультантом, давит на то, что я ему теперь обязан.

— А ты?

— Нет, Марина. Это лето мы проведем вместе, как и хотели, когда узнали о диагнозе. Никакой работы. Никаких второстепенных деталей в жизни.

С диагнозом разразился скандал. Громкий и очень дорогой. Макс не церемонится с клиникой, а нанятые им юристы готовят судебный иск. С очень большим количеством нулей.

— Согласна! Никаких!

Дугин с Анной арестованы, адвокаты не смогли добиться их освобождения под залог, оба сейчас в СИЗО. Следствие только началось, но уже столько улик, что шансов скоро выйти на свободу у них нет.