И даже если начнёт утверждать, что это самозванцы и воры, обманом в дом попавшие, его разукрасили, раздели и заперли… кто ему поверит? А если и поверят, то ничего же не украдено, компромата не считая. А заявлять прилюдно о пропаже фоток с полуодетой невестой своего короля Николас вряд ли станет."

"– Я его разыщу, – произнесла Алишан с безмерной усталостью в голосе, глядя исключительно на свои колени под длинной чёрной юбкой. – Без адары в Исттерский домен ему не вернуться.

Он даже из Дорона сам не выберется, если только не додумался прихватить что ценное из спальни Николаса. И если он не в тюрьме.

– Я думала… надеялась, что однажды он всё же… возьмётся за ум, – продолжила она тихо, вцепившись в край дивана. – Оставит пустые компании, хмельные развлечения, шлюх… пари, скачки… карточный стол…

– Порой люди и впрямь всё это оставляют в прошлом и никогда не оглядываются… но так бывает редко, – со знанием дела заметил Люсьен.

– Но он… он был совсем другим… в детстве… и отрочестве, – Алишан покачала головой. – Я знала его… думала, что знала. Когда всё изменилось? Как… отчего всё стало таким… другим?

Вопросы были риторическими и потому мы солидарно промолчали.

Внезапно Алишан выпрямила спину, расправила плечи и пальцы, стискивающие диванную обивку, разжала. Вздёрнула подбородок повыше и наконец повернула к нам бледное, строгое лицо. Взгляд холоден, глаза сухие, хотя, признаюсь, был момент, когда мне показалось, что она вот-вот заплачет.

– Твоя правда… – начала она ровным тоном.

– Варвара, – напомнила я.

– Твоя правда, Варвара. Ты выполнила то, что я тебе велела, не нарушила ни одного моего слова.

То есть Виргила она членом семьи не считает. Не сюрприз, конечно, просто… почему-то я ожидала, что Алишан хоть как-то подчеркнёт его особый статус.

– Разумеется, я никому из членов моей семьи не запрещала искать встреч с тобой, кем бы ты ни была. Полагала, что они сами не станут ни заговаривать с тобой, ни даже приближаться. К сожалению, Александр решил иначе. Но более тебе не о чем тревожиться – впредь мой брат тебя не побеспокоит. И ту оборванную адару, о которой ты упоминала, тоже. Ты вольна жить как сама сочтёшь нужным, те, кого ты называешь своими сочетаемыми, остаются с тобой по своему выбору и решению.

– А Дуган?

– А с ним-то что? – в прямом ледяном взоре вновь пробилось удивление, на сей раз весьма умеренное. Алишан взяла себя в руки и не собиралась раскисать в присутствии посторонних людей.

– Он… – я посмотрела в голубые глаза и поняла вдруг.

Дуган не рассказал.

Ни о встрече со мной, ни об увлекательном, пусть и недолгом путешествии в компании ветреных, ни о Костасе. Ни о своих вопросах и моих ответах. Он вернулся в Исттерский домен и ни с кем не поделился увиденным и услышанным.

– Ничего.