– Вон он, – Филипп небрежным жестом указал на мужчину, стоящего возле разожжённого камина в компании двух барышень и одного молодого человека. К ним то и дело подходили прибывающие гости, здоровались, обменивались дежурным набором фраз."

"Николас был в меру высок, темноволос, синеглаз и хорош собой. Без пышущей из всех щелей подчёркнутой брутальности, но и не слащаво смазлив. Есть чем увлечься девушке, особенно девушке, внимание к которой мужчины проявляли весьма дозированно. С сестрой короля, как-никак, не шибко забалуешь.

– Он тебя не узнает? – спохватилась я запоздало.

– Нет.

– Уверен?

– Уверен. Полагаешь, озейн Беллендор запомнил всех, кого видел при фартерском дворе? Даже если моё лицо ему покажется знакомым… что ж, мало ли кто кого и при каких обстоятельствах видел? Я уже говорил, никто не признается.

Тем не менее, Филипп увлёк меня в соседнее помещение, оказавшееся чем-то вроде музыкального салона, меньше гостиной заставленного мебелью, зато с пианино. Народу тут хватало, бродили взад-вперёд парочки, собирались небольшие компании. Между ними шмыгали лакеи с подносами, и Филипп остановил ближайшего, взял два бокала с шампанским.

Один передал мне, второй пригубил сам.

Я тоже пригубила, но и только.

– Ждём, когда основной поток прибывающих иссякнет, отсчитываем десять-пятнадцать минут и выходим?

Филипп кивнул, и мне почудилась рассеянность в простом этом движении. По сторонам он посматривал так, словно узрел нечто давно не виденное, и теперь не мог решить, как относиться к внезапному явлению.

– Только не говори, что тебя смущают фраки и отсутствие пышных юбок на дамах, – прокомментировала я.

– Нет.

– Тогда мой вырез, – я подавила дурацкое, совершенно неуместное желание скинуть палантин с рук, повернуться к сочетаемому спиной и покрутить бёдрами для лучшего, так сказать, обозрения.

– Нет, – Филипп наконец посмотрел и на меня. Странно, я бы сказала, посмотрел, пытливо. – Ты сегодня выглядишь…

– Как?

– Очень непривычно.

– Охотно верю. Мне и самой непривычно. Обычно я редко так основательно крашусь. И скажу тебе по секрету, вечерние платья с вырезом до задницы я обычно тоже не ношу.

Минуту-другую мы молчали, иногда притворяясь, будто здороваемся с мимо проходящими.

Люди вокруг беседовали и шептались, звенели бокалы. Затем Филипп ещё раз огляделся и понизил голос.

– Варвара…

– М-м?

– Я давно хотел тебе сказать…

– Что? – поторопила я, а то Филипп такие продолжительные паузы в речи делал, словно надеялся растянуть её на всё присутственное время.

– Это было… весьма неожиданно, когда Алишан назвала меня твоим сочетаемым, – Филипп осторожно покрутил бокал в руках.

– Но ты смиренно принял взваленный на тебя долг. Да-да, слышала, помню.