Мы с Домиником не подходили друг другу, и я не вписывалась в эту семью. Но вместо того, чтобы порадоваться, когда я нашла то, что доставляет мне удовольствие и, кстати говоря, еще и любовь, вы все уничтожаете и выставляете меня наивной и глупой. – Как же я зла на них! Я начинаю распаляться, и тут мама примирительно поднимает руку.

– Все это бессмысленно. В конце концов, скоро Рождество. Не надо ссориться.

Невероятно, но даже в этот момент, во время нашего первого откровенного разговора, она пытается не потерять лицо. В Рождество не принято ссориться.

Точка. У меня вырывается смех.

– Гарольд, ты сейчас же сядешь на место. Тамсин, ты расскажешь нам о своем новом… друге. Я приготовила ужин и собираюсь насладиться им в кругу семьи.

Папа садится, разглаживает салфетку на коленях и начинает судорожно отправлять в рот фасоль. Мама с довольным видом кивает и обращается ко мне:

– Итак? Мы имеем право хотя бы узнать, с кем у тебя завязались отношения?

Я сглатываю. Я не планировала говорить о Рисе. Но слова сорвались у меня с языка. Возможно, мама права и нам следует поддерживать видимость нормальной семьи.

Если хотим продержаться следующие две недели, это нам очень поможет.

– Его зовут Рис. Я познакомилась с ним в кафе.

– Рис. Интересное имя, – говорит мама, вероятно, чтобы хоть что-то сказать. – Он учится с тобой?

– Нет. Он… работает.

– Это хорошо, – заявляет отец. – Он хорошо зарабатывает?

– Пап! – отвечаю я, и он вскидывает руки, извиняясь. Мама настороженно переводит взгляд с него на меня. А когда понимает, что ситуация не накаляется, расслабляется. – Он тоже увлекается литературой.

Нам есть о чем поговорить. Я знаю, что он всегда меня поддержит. А я – его. – На последних словах у меня образуется ком в горле, мне невыносима мысль, что я так далеко от него.

– Звучит прекрасно, дорогая, – произносит мама. – Правда, Гарольд? Скажи дочери, что это звучит прекрасно.

– Звучит прекрасно, – ворчит папа, и мама самодовольно улыбается.

Следующие несколько дней мы ходим на цыпочках вокруг друг друга. Общаемся подчеркнуто вежливо и исключительно на безобидные темы. Рождественское утро проходит тихо.

Гостиная украшена к празднику. Как и каждый год в начале декабря, папа принес елку, на которой мама развесила белые и красные шарики. На стене над телевизором растянута гирлянда с надписью «Счастливого Рождества», а на окно я повесила звезды, которые сделала еще в начальной школе и которые знавали лучшие времена. Но после небольшой починки они смотрятся красиво. Мама в восторге от шелкового шарфика, который я ей купила, а папа одобрительно кивает, получив книгу о Гражданской войне в США.