Но это не означает, что мы когда-нибудь снова станем парой.

– Ты не можешь так поступить, – заявляет он. – Я расставил книги в квартире. Сделал все так, как ты хотела!

– Тебе лучше уйти, – прошу я, потому что эта ситуация начинает меня нервировать. – Сегодня Рождество, иди к своей семье.

– Я… – Он не заканчивает фразу и медленно встает. Идет к гардеробу, где снимает с крючка куртку. – Это не последнее мое слово, Тамсин, – цедит он сквозь зубы, прежде чем закрыть за собой дверь.

– О нет, последнее, – бормочу я, когда он уходит.

До конца дня мы с родителями не обмениваемся ни словом, настолько они возмущены моим поведением.

Они считают, что я должна была по крайней мере пригласить его за стол. По их словам, я думаю только о себе, а ведь они были рады снова увидеться с Домиником. Не могу дождаться, когда закончится этот день.

36

Рис

– Еще раз, еще раз! – хором кричат младшие сестры и брат Малика, когда мне все-таки удается сесть. Они окружили меня со всех сторон. Их четверо. Близнецам Элли и Эстер всего три, Эбони пять, а Тео – восемь. Мы деремся и бесимся. Все против меня. И если честно, у меня нет ни малейшего шанса.

Я позволяю им меня щекотать и сам щекочу как могу. Они оглушительно визжат.

– Оставьте гостя в покое, мучители, – кричит из кухни Джейд. – Иначе я позову вашего папу!

Кажется, это срабатывает, малыши уносятся в свою комнату. Отец Малика работает электриком, и сейчас он у соседей, помогает им со сломанной духовкой.

Напротив меня на втором диване сидит Жасмин, старшая после Малика. Ей пятнадцать, и она пялится на меня весь день. С тех пор как утром я вместе с Маликом вошел в их квартиру с букетом цветов для Джейд и сладостями для детей.

Брат и сестры Малика не привыкли, чтобы к ним в гости приходил белый. Джейд уже раз сто извинилась за их поведение (и беспорядок), но мне все равно. Мне нравится быть частью семейной жизни. Даже если это болезненно напоминает о том, чего у меня никогда не было. Баловство с малышней вызвало мысли о Джинни, и я надеюсь, что, несмотря на грусть, которая меня захлестывает, смогу насладиться этим днем.

– Ты чего так пялишься? – спрашивает Малик у Жасмин, усаживаясь рядом с ней.

– Отвали, – огрызается она, встает и выходит из комнаты.

– Она на тебя запала, старик, – заявляет он, обращаясь ко мне.

Я краснею и быстро меняю тему.

– Спасибо, что разрешили мне праздновать с вами.

– Само собой, – отвечает Малик. – Тебе здесь всегда рады. Моя мама от тебя без ума.

Ужин проходит так же громко. Не представляю, как Джейд весь день терпит такой уровень шума. Впрочем, она выглядит спокойной.

Все невероятно вкусно. Традиционная эфиопская еда, приправленная имбирем, чесноком и разными специями. Малик объясняет мне, где какое блюдо.