Вижу, как Наталья Сергеевна прячет улыбку, киваю ей, и она выходит из кабинета. Женя идёт к стоматологическому креслу и замирает.

– Давай помогу, залезть? – предлагаю я.

Женя смотрит на меня взглядом, говорящим «я и не на такое залезала!», и послушно садится.

– Держи! – протягиваю Жене стоматологическое зеркало, а сам иду мыть и дезинфицировать руки.

– Прикольно! – Женя смотрит на своё отражение.

– Жень, давай посмотрим твой зубик? Я включу лампочку?

– Ага.

– У, да тут ничего страшного!

– Правда?!

– Да. Смотри. Я побрызгаю вот этой штучкой, и всё пройдёт, – показываю ей флакон с анестезирующим спреем.

– И всё?!

– Да. Это плохой зубик. Он сам скоро упадёт. А на его месте вырастет новый.

– И болеть не будет?

– Нет.

– Ладно, – вздыхает Женя и открывает рот. – Хи! Он сиклый! – Женя морщит носик, стоит спрею попасть на воспалённую десну.

– Какой? Сиклый?

– Да!"

"– А! Кислый! – до меня наконец доходит, что она сказала. Ни разу не работал с детьми!

– Да! – Женя подтверждает мою догадку. – Всё?

– Нет. Надо немного подождать. Смотри, что ещё есть! – протягиваю Жене клювовидные щипцы.

– Ой, они на птичку похожи!

– Точно! – соглашаюсь я.

– Женечка, а давай такая же «птичка» посмотрит твой зубик? Можно?

– Ага.

Дочка послушно открывает рот.

– Ой! Смотри! Он выпал! – восклицаю, показывая зубик.

– Как?! Уже?! – Женя хлопает глазками.

– Открой ротик! Ты умничка! – хвалю её и ставлю марлевый тампон. – А теперь закрой. Посиди немного.

На самом деле ничего страшного нет и её можно отправить к бабушке, но я не хочу сразу отпускать. Спрашиваю, понравилась ли ей поездка. Женя кивает. Рассказываю ей, как боялся уколов, как прятался от врача под кроватью.

Убираю тампон изо рта девочки.

Не проходит даже десяти минут, как в кабинет влетает взволнованная Ирина. Увидев меня, она мрачнеет.

– Клим! Сейчас же отойди от моей дочери! – шипит на меня женщина, которую я готов носить на руках.

– Мам! Ты чего?! – шепелявит Женя, поворачиваясь в кресле на её голос. – Дядя Клим ничего плохого не сделал!

Но Ирина буравит меня злым взглядом, словно я обманом заставил Наталью Сергеевну привести девочку ко мне.

– Женя! Мы сейчас же идём домой! – требует Ирина, подходя ближе. – Я же просила тебя не приближаться к ней! – гневно бросает она мне.

– Мам! Дядя Клим хороший! Не ругай его! – заступается за меня малышка.

И я не выдерживаю.

– Женечка, а ведь я не дядя. Я твой папа, моя хорошая.

Ирина

– Клим, ты с ума сошёл?! – Смотрю на мужчину и не могу поверить, что он произнёс это вслух.

– Мам?! – зовёт меня дочь, но я не в силах отвести глаз от Клима. Если бы взглядом можно было убивать, он бы умер мгновенно. Дважды!

– С каких пор сказать ребёнку правду – значит сойти с ума? – отвечает вопросом на вопрос Клим.