— Решили на нервах поиграть, только зря это — наглецов ведь осадить можно, и крепко, а то зарвались!

Опустив бинокль, фыркнул Арасола и повернулся к командиру линкора капитану де фрегата Маседе. Тот горящими как уголья глазами впился в германский корабль — пылкий народ испанцы, а тут зрелище намного красочней любой корриды, когда ты ее смотришь стоя на арене, а не на безопасной трибуне. А здоровенный бык уже наклонил башку, уставив острые рога, и начал бить копытом, демонстрируя готовность к мгновенной атаке — и расстояние всего в десять метров.

Интересные ощущения можно испытать, не правда ли, став невольным участником смертельно опасного представления⁈"

"— Начинайте пристрелку из носовой башни, сеньор капитан. Разверните все башни на борт — мы тоже умеем играть на нервах. Да, и поднимите сигнал германскому адмиралу — «Настоятельно приказываю немедленно покинуть наши территориальные воды во избежание случайных попаданий»! А следом еще один сигнал — «Мы ведем стрельбу по Сеуте, ваши наведенные на нас орудия следует понимать как прямую угрозу нападения»⁈ И пусть продублируют по радио — англичане выступают как свидетели!

Голос Асаролы чуть завибрировал, адмирал старался сохранить внешнее спокойствие.

Он уже понял, что немцы не будут сражаться, а лишь проявляют обычную для нацистов нордическую наглость, причем крайне осторожно. У них еще нет никаких побед, не вкусили вкуса крови на своих клыках, и сами побаиваются «борзеть» — последнее слова всплыло само по себе, совершенно незнакомое, но адмирал мгновенно понял его смысл. Иначе бы не шли параллельной колонной столь безмятежно, имея расстояние до врага чуть больше одной мили. Да каким бы глупым не был германский адмирал, но он не может не понимать, что такая дистанция смертельно опасная для его плохо бронированного корабля — для испанских 12-ти дюймовых орудий это «пистолетный выстрел», тут даже скверно обученные расчеты не промахнутся. Потому броненосец давно бы набрал ход и постарался убраться куда подальше, благо скорость позволяла, если бы хотел начать схватку.

— Они хотят нам помешать стрелять по Сеуте, капитан, но мы будем игнорировать их маневры. Предупреждение сделано и продублировано, если они хотят случайно попасть под наши пушки, это их дело — а наш долг оповестить их о возможных последствиях. Это наши земли, и мы в своем праве — у нас было множество мятежей и войн, и не такое видели!

Асарола усмехнулся, он понял, что сражения не будет — немцы оценили всю бесперспективность для них возможной стычки.