"

"Командир «Дойчланда» капитан цур зее Пауль Фангер говорил совершенно спокойно, но вице-адмирал Рольф Карльс уловил нотки нервозности. И он прекрасно понимал, почему такое — когда чуть выше клотика матч с ревом пролетают 305 мм снаряды становится как-то не по себе, тем более, дистанция до двух испанских линкоров всего двенадцать кабельтовых. И какой бы скверной не была подготовка испанских комендоров, но со столь короткого расстояния не промахнутся — для длинных, в 50 калибров, двенадцати дюймовых, английской выделки стволов, это практически стрельба в упор, самая настоящая «пистолетная дистанция».

Рольф Карльс всю прошлую войну служил артиллерийским офицером на легком крейсере «Бреслау», но в 1917 году был переведен, «выдернут» из-под южного солнца Константинополя, в суровые воды Северного моря, на линейный корабль «Кениг». Возможно, если бы он пережил кошмар Ютландского боя, контр-адмирал был бы сейчас намного осторожнее. Но Карльс никогда не чувствовал на себе, что значит попадание снаряда весом в полтонны, когда весь корабль звенит от напряжения, а от вибрации люди падают на палубу, порой ноги не выдерживают — ломаются кости.

К тому же указания командующего кригсмарине адмирала Редера были предельно ясны — сделать все возможное для поддержки мятежников, причем разрешалось провоцировать «лоялистов». К сожалению, само восстание против «красного правительства» пошло совсем не так, как хотелось — на побережье Испании не удалось захватить ни одного порта. Поставки морем можно было осуществлять только до Португалии, а там транзитом по железной дороге до ближайшей испанской станции по одному только направлению на Саламанку.

Но и тут не все было ладно — на Салазара оказывалось серьезное давление, и он запретил доставлять самолеты и танки. Их появление означало бы, что его страна не соблюдает политику «нейтралитета», а учитывая симпатии населения к Испанской Республике, ситуация могла бы стать взрывоопасной, начни испанцы боевые действия из Эстремадуры и Андалузии на юге, и от Галисии на севере.

Возможно, Лиссабон открыто перейдет на сторону «националистов», но только в том случае, если Африканская армия будет высажена на континенте.

Однако это невозможно, пока на море господствует флот под красно-желто-лиловым флагом. Гавани Марокко были сразу же заблокированы ВМС Республики, любая попытка войти в Сеуту и Мелилью вызвало боевое столкновение, которого было приказано избегать. А собственных кораблей мятежники не имели — три мелких судна были уже утоплены, а два сдались на Канарах, куда пришел крейсер «Мендес Нуньес» и карательная экспедиция правительственных войск, что быстро подчинили себе отпавшие колонии.