Потом, после душа, ничуть не смущаясь, она сидела голая на кресле, скрестив ноги, с таким аппетитом ела руками и облизывала пальцы, что я вряд ли запомнил блюда, которые у нас были на ужин.

Дождется мелкая зараза.

– Ты укусил меня, – ровно произнесла Аделин и вонзила белые зубы в румяный бок пончика в сахарной пудре, смешно пачкая нос и губы. Это не помешало ей гордо задрать нос. – Согласна, я зря накинулась на тебя и кричала, но… – Она сжала губы и сурово зыркнула.

От умиротворенной пичуги и следа не осталось.

– Укусил, – согласился я и тоже взялся за десерт.

 – И был чрезмерно строг с тобой, девочка. Обещаю не поддаваться ярости впредь.

Аделин величественно кивнула.

– Мы еще оба не готовы к этому. – Я решил ввести ее в особенности наагшайрасских браков. – Но ты знаешь, что несет в себе укус наага? Когда он происходит во время близости и шайрас выпускает яд?

Аделин перестала жевать:

– Нет. Ты расскажешь мне?

– Когда пара решает стать семьей, то нааг кусает свою женщину. И особенно, если она – человек, то ее организм претерпевает важные изменения, на уровне ДНК. Первые дни может быть неприятно, но процесс абсолютно безопасен.

После укуса любой другой шайрас-мужчина будет знать, что данная женщина замужем. Обычно это случается по согласию двух сторон. И важное. Мы чувствуем когда партнер нам идеально подходит. Наш нос четко определяет, когда мы встречаем генетически совместимую пару для продолжения рода. Шайрасы ощущают это более выражено и понятнее, чем люди. Вы тоже ищете партнера по подобному механизму, но ощущаете не так явно, и времени вам требуется больше.

– Но ты ведь ничего не чувствовал, когда мы встретились.

А сейчас… что твое обоняние говорит тебе сейчас? – требовала Аделин от меня ответ.

Знал же, что время этого непростого разговора настанет. Но и подумать не мог, что он закончится так.

– Не знаю, птичка. Обоняние, вероятно, не восстановилось до конца. Вроде бы все говорит, что ты моя. Но я не ощущаю этого в полной мере, как должен… И память не торопится вернуться, – отвечал я, понимая, что не придам своей девочке уверенности своими речами, а наоборот, заберу ее. Но я не мог и не хотел ей врать. – Я думаю об этом постоянно, Аделин.

Имел ли я вообще право вступать с тобой в отношения?

Она решительно смотрела прямо, пытаясь переварить услышанное. Хмурила лоб.

Маленькая птаха оказалась куда смелее меня.

– И что мне делать с тем, что я люблю тебя, Ссашшин? – с вызовом спросила Аделин.

Глава 23. Продвижение

Об этом мне было прекрасно известно. О ее чувствах. Но я несмело закрывал на них глаза. И также знал о своих. Иначе с чего бы меня так волновала жизнь и душевное спокойствие маленькой птички? Она стала такой родной. Моей.