На самом деле областное УВД не носило приставку «главное», потому как область наша не была велика в размерах и по количеству горрайорганов в совокупности на главк не тянула. Но уж так принято было в Зарыбинске и в соседних районах — называть управление главком.

— Что это? — впился я взглядом в строчки, там что-то явно про меня говорилось.

— В главк тебя вызывают, — вздохнул майор, выудил из-под стола стакан и бутылку виски «Ред лейбл», плеснул без зазрения совести половину стакана, шумно выдохнул и заглотил жидкость без всякой закуски. Взял с тумбочки фуражку, шумно занюхал.

— Зачем?

— На внеочередную аттестацию, ядрён пистон.

— Это еще почему? Я же проходил недавно. При переводе. Расписывался еще за нее у Марии Антиповны.

— Аттестация-то внеочередная… — он тяжко вздохнул и выговорил: — Должность твою сокращают…

— Не понял… Как это — сокращают?!"

"— А вот так, Морозов. Сам охренел, ядрёна сивуха! Эх… Чую, это они под меня копают… Через моих лучших сотрудников! — воздел Кулебякин палец кверху.

Глава 25

Кулебякин нахмурился, посмотрел в окно невидящим взглядом, а потом хлопнул по столу кулаком:

— А хрен им! Не уйду на пенсию! И ты оставайся, найдем тебе место в дорнадзоре. Не отдам тебя в область… У нас Казарян — единственный инспектор госавтоинспекции. Нам еще единица положена, все выбить никак не могу. Дожмем область, внесем в штатку изменения, и будешь с палочкой, а не с собакой. Как тебе?

— Не хочу быть гаишником, — замотал я головой, — мне кинологом неплохо. И кому вообще надо сокращать мою должность? И кому надо вас на пенсию подталкивать?

Если только Кулебякина не паранойя одолела, с годами в этом кабинете. Но это всё-таки вряд ли — может, он и с прибабахом, но не упырь.

— Если бы знал, Саша, своими бы руками удавил! — Кулебякин по-богатырски, по-муромски вздернул к потолку кулаки, будто с Соловьем собрался биться прямо в кабинете.

А потом снова вдруг осунулся. Сник, усы в грустную подкову обернулись. Майор плеснул в стакан еще вискаря и протянул мне:

— Бушь?

— На службе не пью…

— Молодец, Морозов, правильно… а то уволю на хрен!.. Ф-ух! — шумно выдохнул он и заглотил выдержанный вискарь, как водку. Залпом и без всяких послевкусий и по нёбу перекатываний.

— Ну, ты это… не сдавайся. На аттестации там не раскисай, может, еще и переубедишь комиссию тебя сокращать.

— А так можно?

Кто их знает, какие у них тут правила на этот счёт. А распинаться за просто так тоже не хотелось бы.

— Нужно, Саша, нужно… Они почему сократить должность хотят? Результатов год не было. А почему не было? А потому что собаки не было и кинолога, должность пустовала.

— Ну там же не дураки сидят, — нахмурился я. — Должны понимать…

— Ха! Молод ты и зелен, Саня! — он вдруг искренне засмеялся, будто я что смешное сказал.