Есть подозреваемые, свидетели?

— Пока нет, но работаем, — заверил я, быстро ответив дежурной, ставшей уже привычной фразой. — А что? Почему такой интерес?

— Ну, знаешь… Наши отцы кровь проливали, а тут такое…

А я задумался. Не была бы Вера следователем, я бы поверил ее словам. Но обычно сотрудники не переживают так за каждое преступление. Если принимать всё близко к сердцу, переживалки на всех не хватит. Почему она так заинтересовалась? Может, конечно, и правда это ее задело, как человека, как патриота.

Хотя внешне она кажется легкомысленной, но если пообщаться, явно видно, что умна и собрана. Но при этом раскрепощена и ведет себя непринужденно. Необычное поведение для красивой девушки. Но мне такое определенно нравится.

— Ладно, Саша, мне пора… Я тут недалеко живу. Сегодня еще надо материалы кое-какие проштудировать. На дом взяла работу, у Криворожского там завал полный. Много сроков нарушенных, еще и на дослед два дела пришли, ему выговор светит. Приятно было тебя увидеть. Поговорить.

— Пока, — мы остановились, я повернулся к девушке.

— До встречи, увидимся.

Вера снова чмокнула меня в щеку. По-дружески, по-пионерски, но я почувствовал, какие горячие у нее губы.

* * *Проставляться за звание и должность я хотел в ресторане. Он был у нас один на весь город, и запись на всякие свадьбы-юбилеи там велась на месяц вперед. Однако через Эрика Робертовича я уже почти договорился об обслуживании вне очереди, но тут выяснилось, что большинство сотрудников, и Кулебякин в том числе, хотят, чтобы торжество прошло в более непринужденной обстановке.

В такой, где можно и по банкам пострелять, и крепким словцом выразиться. Где никто не осудит развеселых выпивших милиционеров, потому что в лесу некому осуждать. То бишь народ желал гульнуть на природе, так у них в Зарыбинске было принято испокон веков звания отмечать. Никто рестораны не откупал, все по-простому, по-домашнему. С разносолами и шашлыком. С баяном и стрельбой.

Я не стал нарушать традиции, и в этот августовский погожий день, когда неожиданно нагрянула пятница, мы сорвались с работы всем отделом пораньше и оккупировали живописный бережок реки за городом. И вот здесь мне налили полный стакан водки. Граненый и твердый, как милицейская служба. Я встал в центр поляны.

— Товарищ майор, товарищи офицеры! — громко проговорил я, держа на весу стакан, наполненный доверху, в котором на дне, хорошо заметные в прозрачном напитке, сверкали желтые милицейские звездочки. — Лейтенант милиции Морозов проставляется по поводу присвоения очередного специального звания…

Пауза — после этого надо было выпить стакан водки. Не растягивая, почти залпом, иначе захлебнешься. И договорить традиционное ментовское приветствие-тост.