Это же рафинированная интеллигенция. Ни в коем случае не отказывайся.

— Да-да, я помню. Нужно приглядеться к Кладенцовой, разобраться.

— Это само собой. Но сразу не получится. Сначала ты должен своим человеком в доме стать. Предложи сидеть со старушкой. Кладенцова все деньги на сиделку тратит, частные уроки дает. А тут ты помощь предлагаешь. Поотказывается и согласится. Но на сегодня я дам тебе конкретное задание. В какой-то момент Кладенцова обязательно мамашу в уборную поведет, та сама уже не справляется. Это волынка минимум минут на пятнадцать. Ты останешься один, без присмотра.

Если вы будете сидеть в большой комнате — легче. Если на кухне — сделаешь вылазку, по-тихому. Там все стены в книжных полках. Надо произвести осмотр. Ищи самиздат или тамиздат. Учти, что запрещенка может лежать не на виду, а сзади, за обычными книгами. Или будет обернута. Но особой конспирации Кладенцова разводить не станет.

— А зачем это?

— Для ее же пользы. Мы не звери. Нам надо не посадить эту дуру за преступную связь с иностранными агентами, чтоб ее мать-инвалидка потом в интернате загнулась, а пресечь канал передачи вредной информации.

Если у нее дома лежит какая-нибудь бяка, тянущая на «распространение», сто девяностая «прим», мы сразу туда с обыском. Эта статья на условный срок, так что Кладенцова останется на свободе. Из университета, конечно, турнут, но ничего, будет уроки давать, с голоду не помрет. А корреспонденты от нее сдрызнут, как только узнают. И впредь близко не подойдут, им неохота под высылку попадать. Считай, спасешь свою преподавательницу от кичи. Значит, так. Лучше всего, если у нее хранится «Архипелаг ГУЛАГ» или «Хроника текущих событий», это категория печатных материалов, «злостно порочащих советский государственный строй». Но в принципе сгодится любая машинописная или зарубежная антисоветчина. Даже «Доктор Живаго».

Марк особенно не напрягся. Понятно, что отказываться от поганенького поручения нельзя — Эсэс заберет протокол обратно. Но у Екатерины Викторовны дома, quel dommage35, ничего криминального не обнаружится.

— Вечером позвоню, доложусь — кивнул он, всем видом показывая, что глубоко осознал важность задания. И принялся за салат «Столичный».

Китиха жила на Шаболовке, в кирпичной пятиэтажке. Третий этаж без лифта — значит, ее мать выходить, дышать свежим воздухом не может. И балконов на доме не видно.

С этой темы Марк и начал. Когда Кладенцова открыла дверь и воскликнула: «Господи, вы принесли!», он сразу деловито сказал:

— Тут есть режим «Staircase», «Лестница». Для спуска-подъема по ступенькам. Передние ножки телескопически выдвигаются и фиксируются. В инструкции на английском написано — если надо, я переведу. Я в английской спецшколе учился.