Он шагал через лес, промокая все больше и больше, пока не стал таким же мокрым, как и деревья, просто еще одним предметом, на который падали капли дождя. Он шел окольным путем к месту назначения, пока его руки и спину не начало тянуть от тяжести ее тела.

Наконец, он подошел ко входу в пещеру. Он не стал оглядываться, чтобы убедиться, что за ним никто не идет. Он знал, что был один.

Ви вошел внутрь, шум дождя затихал по мере того, как он продвигался в глубь по земляному полу. Он вспомнил, где находилась задвижка в каменной стене, и открыл ее. Девятифутовая гранитная плита отъехала в сторону, и он вошел в зал с множеством железных ворот. Силой своего разума он открыл блокирующий механизм, и преграда бесшумно опустилась, в то время как гранитная плита вернулась на прежнее место.

Внутри было темнее ночи, а воздух в этом подземелье казался плотнее, словно пространство было заполнено толпой. Усилием мысли он зажег несколько факелов на стене, затем начал спускаться к Гробнице — месту поклонения и ритуалов. По обе стороны зала, на полках, достигавших двадцати футов в высоту, были расположены тысячи керамических сосудов, в которых находились сердца лессеров, убитых Братством. Вопреки своему обыкновению, Ви даже не взглянул на них. Он смотрел прямо перед собой, неся свою возлюбленную. Его мокрые ботинки оставляли следы на черной глянцевой поверхности мраморного пола.

Вскоре после этого он вступил в сердце Гробницы, в просторные подземные пещеры, открывающиеся в чреве земли. По его воле на стойках загорелись широкие черные свечи, освещая сталактиты, напоминающие кинжалы, а также массивные черные мраморные плиты, из которых была сложена стена позади алтаря.

Эту стену он видел в своем видении. Когда он ехал по 22 шоссе и взглянул на деревья, он представил себе мемориальную стену: словно переплетенные ветви, эти надписи на мраморе имен Воинов, поколениями служивших Братству, формировали тонкий, нежный рисунок, издалека похожий на кружево.

В сравнении со стеной, алтарь казался грубым, но мощным: огромная каменная глыба была расположена на двух крепких опорах. В центре находился древний череп первого члена Братства Черного Кинжала, священнейшая реликвия Братьев.

Он откинул его в сторону и положил туда Джейн. Она была бледной, а ее белые холодные руки, упавшие по сторонам, вызвали дрожь по всему его телу. Он осторожно уложил их на ее грудь.

Ви отступал назад, пока не уперся в стену. При свете свечей и с его кожаной курткой поверх нее, он почти мог представить, что она спит.

Почти.

Окруженный подземельем, он думал о пещере военного лагеря. Затем он увидел себя, использующего руку против угрожающего ему претранса, себя, защищающегося от своего отца.

Вишес расстегнул перчатку и стянул ее со своей светящейся руки.