— Что, так сразу после Виолы ее под венец и поведешь? — с интересом спросил друг.

— Разумеется, нет. Этот тупой брак, определенно, стоил мне многих усилий. Мне нужно будет прийти в себя. Жениться сразу на ком бы то ни было, даже на истинной, упаси меня Ньёрд!

— Ой, не зарекайся, дружище, — Баббинг хлопнул меня по плечу. — Вот встретишь настоящую истинную, тут же потащишь ее под венец, задыхаясь от любви!

— И это мне говорит человек, ни разу не замеченный в серьезной любовной связи, — ухмыльнулся я. — Мой наивный друг, «задыхаться от любви» — это явно не про меня."

"— Не обижайся, но у нас действительно абсолютно разные взгляды на отношения и женщин, — серьезно сказал Баббинг. — Ты относишься к ним несерьезно, слишком уж с явным превосходством. Они для тебя — расходный материал, куски мяса, уж прости за такое грубое сравнение.

— Оно достаточно интересное и, возможно, не так далеко от правды. Я же все-таки дракон.

— Вспомни Морскую академию и все эти толпы девушек, которые за тобой бегали! Даже сейчас бегают, невзирая на то, что ты женат!

— Хочешь, я скажу им обратить внимание на тебя? — лениво потянулся я.

— Ни в коем случае! Для меня отношения — это доверие, искренность, партнерство. Я буду боготворить свою избранницу, писать ей сонеты и бояться коснуться ее руки, а не зажимать их во всех углах академии, как делал ты!

— Напомни-ка мне, почему я до сих пор дружу с таким неудачником, как ты?

— Потому что ты просто еще не встретил ту, что разобьет тебе сердце, — хмыкнул закадычный друг. — А вот встретишь, и попомнишь мои слова, Фрейзер! Погоди еще, придешь ко мне за сонетом, что ее впечатлить. И даже не надейся, что такой неудачник, как я, тебе его напишет!

В ответ я только засмеялся.

Это дружеское поттрунивание не несло в себе никакой злой насмешки.

К увлечению друга стихами я относился снисходительно. Чтобы уложить понравившуюся барышню в постель, эпистолы мне были не нужно. Достаточно просто взглянуть на нее и сказать пару слов. Эффект был ожидаемым и никогда не подводил.

Так было и с Амарой.

Едва я увидел мачеху своей будущей жены, то сразу понял, что сделаю ее своей любовницей, несмотря на то, что капитан Шатопер на тот момент был еще жив.

Амара держалась целую неделю, пока однажды не отдалась мне прямо в рыбацком сарайчике во время утреннего променда, пока мы с ней отстали от небольшой компании, которой гуляли по набережной.

Разумеется, в этой компании был и ее муж, и падчерица, и даже леди Денер, за которой я тогда вроде как ухаживал.

Впрочем, леди Денер я поимел немного позже.

Нечего особенного она не представила, поэтому я вернулся к мадам Шатопер.

Когда Баббинг узнал об этом, то осудил меня.