Несмотря на то, что пью этот напиток уже много лет, последнее воспоминание, связанное с данным ароматом — мне заваривал его Матвей.

Потому что запомнил.

Так и получалось. Все, о чем бы я не думала неизменно возвращалось к мыслям о нем. О том, каким внимательным он был ко мне, и каким заботливым. Совсем не похожим на того Матвея, каким он предстал сегодня.

На лекции на следующий день я также не поехала, решив пропустить.

— Полин, как ты? Все так серьезно? — спросила Соня по телефону, когда я осталась дома еще и на следующий день.

— Сонь, мне уже лучше, завтра обязательно приду.

На самом деле мне было не лучше и не хуже. Также. Температура спала еще вчера, но слабость и отсутствие радости жизни никуда не делись. Мне хотелось к нему.

— Полин, знаешь, — сказала вдруг Соня, — а Матвей интересовался, куда ты пропала. В смысле, что с тобой происходит.

Я замерла, а пальцы, сжимающие новенький айфон, который я так и не рискнула вернуть, задрожали.

— Он спрашивал обо мне?

— Ну, не прям лично он. Никита очень активно выяснял. Ясно же для кого.

Я отмахнулась.

— Ничего не ясно. Мало ли, может Никита просто так спрашивал, для поддержания разговора.

— А я думаю, для Матвея. Не могу поверить, что ты вот так вдруг резко стала ему безразлична.

— И что ты сказала Никите?

— Блин, Поль, мы же с тобой не договорились, что нужно говорить. Так что сказала, как есть, ты неважно себя чувствуешь. Нормально?

— Да, какая разница.

— И еще, знаешь, что я заметила? Эти два дня Матвей ходил без девушек. То есть, никто вокруг него не ошивался. В смысле, конечно вертелись, но знаешь, на расстоянии держались. Не так близко, как он позволял им при тебе. Может… может все не так плохо?

Может и не так плохо.

И у нас с Соней розовые очки на глазах. Ведь мне так хотелось поверить. Я настолько сильно скучала, что готова была уже наплевать на принципы и сделать первый шаг. Ей показалось, что Матвей интересуется мной и ведет себя вызывающе специально, чтобы вызвать ревность, а мне казалось, что в тот вечер он был где-то рядом.

Паранойя.

Я специально выходила на кухню при выключенном свете и смотрела в окно. Место, где он обычно парковался пустовало.

Я возвращалась в комнату.

Почти тут же шла в коридор и толклась у входной двери. Странная фантазия, что стоит мне ее открыть и я увижу Матвея.

Конечно, я не открыла, даже не попыталась. Матвей не из тех, кто будет поделывать такое, околачиваться у кого-то под дверью.

Мое разочарование было бы слишком сильным, а мне так хотелось помечтать.

Когда на третий день я появилась в универе, Матвей вел себя как ни в чем не бывало. Зря Соня обнадеживала и хорошо, что я ей не сильно поверила.

Мы сталкивались несколько раз. В коридорах, в столовой. И все эти разы обменивались лишь мимолетными взглядами.