Взгляд женщины несколько потеплел, когда она узнала о моей занятости, но все равно остался подозрительным. Еще раз окинув меня взглядом, Вася вышла, а командор, расположившись за столом и изучая мое личное дело, предложил:

– Садитесь.

Разместившись напротив, я стала рассматривать руководителя практики. Высокий землянин, смуглый, с темными волосами и выразительными, немного резкими чертами лица. Неожиданно подняв голову, командор встретился со мной взглядом. Отводить глаза я не стала.

– Что в вашем резюме правда?

– Все, – совершенно спокойно ответила я. Козеро предупреждал, что мне трудно будет работать с новым руководителем, и теперь я поняла почему. Характер у командора был препаршивейший.

– Хорошо, это мы проверим. Меня зовут Станислав Рогов, и ближайшие два года вы будете проходить практику под моим руководством. Начнем сейчас."

"Поднявшись из-за стола, он направился прочь из кабинета, совершенно уверенный в том, что я последую за ним. И правильно, куда я денусь?

Так началась моя практика. Задания Рогов давал мне сначала самые простые и почти не замечал меня. Потом клинические картины пациентов стали становиться все сложнее и серьезнее. Но командор продолжал меня не замечать.

Потом какой-то из основных врачей центра неожиданно уволился, и Рогов повесил всю его нагрузку на меня в надежде, что я побегу к своему адмиралу, о чем мне прямо и сообщил.

На что я ему ответила, что в Академии и не такое видела, и не с такой нагрузкой сталкивалась и вполне успешно с ней справлялась.

Обалдев от моей наглости, командор начал давать мне случаи все сложнее и сложнее. Теперь мы уже часто спорили (в статусе лечащего врача я могла себе такое позволить со старшим по званию), а после того как он приказал мне не жеманничать и говорить все как есть, то и ругались.

Его наяда, конечно, была от меня не в восторге, и один раз, когда на почве ревности она чуть не устроила мне скандал, зашел Наран.

Я сразу заметила, что он был не в духе. Все в комнате, кроме меня, поприветствовали старшего по званию, а он, посмотрев на Рогова и его Васю тяжелым взглядом, лишь коротко бросил:

– Оставьте нас. – После чего все вышли.

А я, выслушав и успокоив ревнивого мужа, опять принялась за работу. Наши отношения с руководителем практики никак после этого не изменились, а вот его вторая половина оттаяла. Конечно, как меня можно считать соперницей, когда у меня есть Наран? Где он, и где какой-то Рогов?

Преодолев одни трудности, я начала постепенно адаптироваться к другим.

На медицинский центр ложилась основная нагрузка по лечению военных, и, в связи с тем что я работала над серьезными, а чаще и запущенными заболеваниями, мне приходилось не сладко.