И пока все снова надрывают животики, будто массовка дурацкого телешоу, я млею от счастья, а Саня беспокоится о моем муже. Друг прикалывается, зная, как это раздражает моего Дубовского:

— Как твоё самочувствие, Максим?

— Ещё раз спросишь, и я искупаю тебя в борще, любезно приготовленном моей супругой.

— М-м-м, даже так? — Погружает ложку в борщ Саня. — Я думал, домработницей.

— Нет, моя жена много готовит сама. И я готовлю.

— А ещё вы вместе ищете галстук.

— Ха-ха! Смешно, Саня, очень, — паясничает Максим.

Пальцами пробегается по моему плечу, подмигивая. Они забавные и обожают подкалывать друг друга. И мне нравится за ними наблюдать. Саня и Макс словно братья.

И пока гости трещат, иронизируя по поводу нашего долгого отсутствия, в зал заходят новые посетители. Максим приподнимается и тянет ладонь для рукопожатия.

Засматриваюсь на странную парочку. Впереди идет туго затянутый в серый костюм-тройку мужчина возраста моего Максима, а за ним следует девушка. Она выглядит милой, исполнительной и запуганной, а он…

А он — как типичный босс крупной компании, который вместо «иди сюда» говорит «подойди ко мне живо» или «отмени звонок, запиши вот это и то, смени духи и угождать — твоя обязанность». Ах да, ещё «помни, что ты работаешь на выходных, нужно просмотреть все файлы и бумаги».

— Познакомься, дорогая. Это Герман Игоревич Белозерский и его секретарша Анечка, — громко произносит мой супруг.

А затем тише, только для меня, почти шёпотом:

— И я не понимаю, зачем он её сюда притащил."

"Белозерский выглядит просто идеально. У него так блестят ботинки, что в них видно моё отражение. А ещё он явно увлекается спортом, потому что пиджак на его плечах довольно узкий и отлично подчеркивает проработанные в спортзале рельефные руки и широкую грудную клетку. Он высокий и статный.

— Этот тип ужасный зануда, невыносимый сноб и всех достал своими приказами. А бедную Анечку мучает уже несколько лет подряд и гораздо больше всех остальных. Он гоняет её из кабинета в конференц-зал по десять раз на дню. Если вдруг ему не нравится цвет чашки, в которой она подала ему кофе, он рычит будто медведь, вылезший раньше времени из берлоги. Думаю, втайне Анечка мечтает, чтобы Белозерского сбила машина. Или иссушила обезьянья оспа. Да и он вряд ли воспринимает её как женщину. Он не раз говорил, что она для него очень важный и нужный элемент офисного интерьера. Не понимаю, почему сегодня они пришли вместе.

Хихикнув, наблюдаю за ними. Гости усаживаются.

— Но он очень привлекательный мужчина. Глаза красивые и губы. Уверена, женщины его любят.

— Эй! — Максим сжимает мою коленку. — Я тебе дам, чужие губы рассматривать.

— Я просто констатирую факт. Мы же обсуждаем.

— Ладно. Насчёт женщин ты права.