Левые договоры, оформленные на подставные фирмы, накладные на отгрузку несуществующих товаров, оплаченные «мимо кассы» многомиллионные счета, средства по которым через сложную схему раскидывались на несколько банковских счетов, в том числе и на наследуемый мной."

"— То есть, — выдыхаю я, едва разложив по полочкам всю информацию в своей голове, — ты хочешь сказать, что папа был контрабандистом?

— Да, Луковка, ты верно ухватила самую суть.

— И теперь… — А собственно, что теперь?

— И теперь нам нужно как можно скорее выявить его сообщников и выгнать из твоей компании.

Желательно выйти так же на лиц, с которыми они работали. До того, как они…

Он замолкает и рассеянно смотрит на меня. Снова этот взгляд, полный… Чувств и эмоций. Божечки! Да он же боится за меня!

— Ты считаешь, что они могут прийти за мной? — Обречённо спрашиваю у него.

— Я опасаюсь, что могут. — Подтверждает он кивком. — Это не значит, что придут, но рисковать я не могу. Я не позволю кому бы то ни было причинить тебе вред. Но, пока я буду усиленно искать хвосты этой истории, Лукерья, ты должна быть очень осторожна. Пожалуйста, старайся без особой надобности не появляться в пределах офиса, не покидай лишний раз наш дом — здесь ты в абсолютной безопасности, постарайся не заводить новых знакомств и ограничить общение со старыми знакомыми, особенно, если они неожиданно выйдут на контакт.

Пожалуйста, сообщай мне обо всех своих передвижениях, если есть нужда уехать куда-то без меня. И всегда держи ушки на макушке.

Он притягивает меня к себе и крепко обнимает. Обхватывает руками и удерживает некоторое время. Целует макушку.

— Сейчас, Лукерья, мне очень важно твоё абсолютное доверие и подчинение.

Это не моя прихоть. Так надо. Я постараюсь решить эти вопросы как можно скорее, но… — Он внимательно смотрит мне в глаза. — Ты должна слушаться меня, маленькая. Иначе может случиться непоправимое. А я никогда себе не прощу, если ты пострадаешь из-за моей ошибки.

Я хочу успокоить его. Ну же, мой отец, уверена, не крупный мафиози. Так же не бывает в реальной жизни!

— Денис, всё будет хорошо. Я буду паинькой и не подведу тебя. Я знаю, что у тебя всё получится. Ты быстро всё решишь, и мы станем жить, как раньше, до того как на меня свалилось это дурацкое наследство.

Он грустно улыбается. Конечно, как раньше больше не будет никогда. Теперь у меня всегда будут заботы, связанные с этой дурацкой компанией. Не у меня, так у Акманова. Мало ему своей работы, так ещё… и меня спасать надо!

Я тянусь губами к мужу. Хочу забыться от этих новых, пугающих знаний. Хочу стереть с лица Дениса это странное выражение. Хотя бы на сегодня!

Но стоит только нашим губам соприкоснуться, запуская ток по венам, как в дверь раздаётся настойчивый звонок.