Возможно, через семь лет вернется сюда, уже — совершеннолетней. Но в любом случае это спасет ее от такого брака. Я знаю о твоих убеждениях, знаю… Но здесь оставаться рискованно и для нее, и для нас. Пойми, Калина, мы нарушаем закон!

— Знаешь, Ригер, я рада, что ты занимался контрабандой.

— Однако… А при чем здесь мои грехи?

Ригер улыбался и на душе у меня становилось легче.

— Ну, зато тебе легче нарушить закон второй раз. Ты не отдашь Шерлу на растерзание этой твари… Все же, иногда, эти принудительные браки ни чуть не лучше работорговли. На фоне старшей шталь Маргж даже Гомиро выглядит белым и пушистым. Он, по крайней мере, заботится о своих родственниках и имеет понятия о чести.

Ни утром, ни на следующий день, ни еще через неделю никаких представителей власти в наш дом не приезжало.

Ригер уехал с крошечным обозом в столицу развеяться. Его сопровождали Риш, Нита и Грай, а так же — новая горничная в скромном чепчике, тихая и незаметная.

Обоз состоял из четырех телег с ликерами, которые перейдут в пользование Гомиро и, проданные там, составят приличную основу для приданного. Сопровождали обоз наемники, рекомендованные шталь Тельмом. Посвящать в подробности мы не стали никого. Горничная и горничная, что на нее смотреть…

То ли шталь Маргж-старшей просто не пришло в голову искать дочь у нас, то ли она просто махнула рукой, но никаких разговоров в городе не было. Ранда специально ездила узнавать. Похоже, что Шерлу даже не искали. Хотя в особняке Маргж был какой-то скандал с родственниками, но подробностей никто не знал. Вроде бы, родственник мужа требовал со шталь деньги… Или она с него?

Ригер успел вернуться как раз к моим родам. Только два дня и смогли спокойно пожить после его путешествия.

Малышка Каталина фон Крейг задала жару всем! Эти роды дались мне несколько тяжелее, она была значительно крупнее братца и родилась только через сутки, когда совсем измучила меня. Пожалуй, на несколько лет я воздержусь от пополнения семейства. Но все хорошо, что хорошо кончается.

Хотя, Грант был сильно разочарован. Красавица сестра, о которой часто говорил папа оказалась сморщенной, красной, похожей на старушку лицом… Да она даже говорить не умела! И, разумеется — не знала буквы! Хотя Грант сам, лично, показывал ей все кубики! Но она только морщилась и кряхтела и совершенно ничего не понимала!

— Грант, это потому, что она еще очень маленькая. Когда-то и ты был таким же крохой.

Но в такую ерунду Грант, разумеется, отказывался верить! Ему уже исполнилось пять лет, скоро он научится еще и умножать, мама сама обещала, что научит… Как можно поверить, что он был таким же беспомощным?! Глупости, не бывает так!

— Папа, а она что, тоже фон Крейг?! Как ты и я?

— Да, как ты, и я, и мама.