Не раздумывая ни секунды, Оля кивает, и, кажется, печаль в её глазах незаметно испаряется, а я могу сосредоточиться только на том, что сейчас в моих руках уже даже не девушка, а невеста, по которой я схожу с ума.

— Что вы отмечали? — спрашивает она тихо.

— У Кира и Ксюхи скоро будет ребёнок, — хмыкаю. — Может, нам тоже стоит над этим поработать, как считаешь?

Девушка удивлённо распахивает глаза.

— Ты хочешь детей?

— А ты нет?

— От тебя — конечно, хочу.

Подхватываю её на руки, отчего Оля взвизгивает и цепляется за мою шею.

— Здесь не самое удачное место, — выдыхаю в её губы и чувствую, как она заходится мелкой дрожью.

И уношу её домой, где смогу не один раз показать, как сильно её люблю.

Неделю спустя.

— Ты нервничаешь, — смеётся Лёжа, пока я завязываю галстук дрожащими, мать их, пальцами.

От его очевидного комментария хочется что-нибудь разнести.

— Не обращай на него внимания, — фыркает Макс. — Этот олух поймёт, что к чему, только когда будет готовиться к собственной свадьбе.

— Як такому пока не готов, — качает головой Шастинский. — И вряд ли когда-то буду.

— Кристина не будет рядом с тобой на правах вечной подружки, — усмехается Костян. — Так что либо меняй что-то в своей голове, либо отпусти её.

— Да ни за что! — категорично заявляет Лёжа, и мы дружно смеёмся: в один прекрасный день он поймёт, насколько идиот, и все его слова о том, что он «не готов» рассыпятся как карточный домик.

— Поверь мне, — опускает Кир руку на моё плечо. — Когда в ЗАГСе Оля скажет «да», ты поймёшь, насколько правильное решение принял.

Фыркаю, справившись наконец с галстуком, и в сопровождении друзей, которые сегодня одеты с иголочки в непривычные для них костюмы, а так же родителей выхожу из нашей с Олей квартиры, чтобы поехать за ней в её прежний дом и забрать у семьи. Для сегодняшнего дня не только я сделал исключение: пока садился на заднее сиденье Романовского «Hyundai Santa Fe», который был украшен лентами и кольцами на крыше, смотрел, как парни рассаживаются по совсем не спортивным машинам — сегодня они все исполняли роль шафера.

К слову сказать, за руль машины, в которой находился я, сел Макс.

— Готов, Ёжик? — криво усмехнулся друг, бросив на меня взгляд в зеркало заднего вида.

— Готов, пернатый, — вернул ему подкол.

Мы дружно фыркнули, и автомобильная процессия плавно двинулась в сторону района, в котором жила моя невеста. Никаких дурацких конкурсов мне проходить не пришлось — и я, и Оля были против этих дурацких розыгрышей; просто поднимаюсь на её этаж и без стука захожу в квартиру. На пороге меня встречают её родители — с особенно тёплыми улыбками на лицах, от которых на душе воцаряется покой.