Не помню, как дошёл до зала и как плюхнулся на диванчик рядом с парнями; помню только, что при моём появлении в компании резко стихли разговоры.

— Это чё за дела? — присвистнул Лёха. — Ты с какого болота вылез? На тебя ж без слёз не взглянешь!

— Так отвернись, Шастинский, я тебя на себя смотреть не заставляю! — ворчу в ответ.

Мне только его нравоучений не хватает…

— Не-не, Ёжик, — подаёт голос Макс. — Мы собрались что-то хорошее отпраздновать, а ты тут с помоями херового настроения припёрся, так что давай мы щас отметим, а потом ты скажешь, что у тебя твориться, идёт?

Киваю и растягиваю губы в улыбке.

— Лучше не улыбайся, — качает головой Костян. — А то у меня такое ощущение, что у тебя живот скрутило. С такой рожей только на толчке сидеть.

Теперь фыркаю уже если не весело, то не так натянуто, потому что парни знают, что надо сказать, чтобы убрать из атмосферы негатив, при этом особо не стараясь.

— Так что за событие такой важности, что ты нас тут всех собрал? — спрашиваю Кира, прихватывая со стола одну из бутылок пива.

Судя по количеству пустой стеклотары, парни уже успели оприходовать по бутылке, пока меня не было."

"А если учесть, что на моих словах все парни разом повернули к Романову вопросительные лица, было понятно, что он ждал всех, чтобы сказать то, что собирался.

— Ксюха беременна, — скалится друг во все тридцать два.

Готов дать руку на отсечение, что ещё немного — и эта лисья морда лопнет от удовольствия.

Мы с парнями, не сговариваясь, дружно разеваем рты.

— Вот это новость! — приходит в себя Костян.

— Ну зашибись, чё, — хмыкает Лёха, который явно пока не видит никакой прелести в том, чтобы стать отцом.

— Я пока не уверен, но у нас с Ниной, скорее всего, тоже в этом году будет ребёнок,

— внезапно вставляет Макс.

И если в случае Кира я просто удивился, то сейчас был в конкретном ахуе.

Макс и дети? Вы серьёзно?!

В этот раз даже Шастинский, у которого обычно не закрывается рот, не мог сказать ни слова от полнейшего шока. Если посмотреть в его глаза, становилось понятно, что у него даже мыслительный процесс тормознулся — если там вообще когда-либо что-либо работало, конечно.

Костян откинулся на спинку.

— Я либо не допил, либо перепил, — задумчиво роняет.

— И как же это случилось? — хрипло спрашивает Кир.

Очевидно, даже он не ожидал от Соколовского такой прыти.

— Это был подарок на день рождения от Нины, — хмыкает тот. — Правда, она сама о нём не знала до последнего.

— Кстати, о твоём дне рождения, — хмурится Лёха — ага, оклемался. — Ты, кажется, завёл себе херовую традицию все важные праздники отмечать без нас.

Я на секунду стопорюсь, а потом понимаю, что Шастинский прав: ни на свадьбе, ни на днюхе у лучшего друга никто из нас не был.

— Не беситесь, исправим, — снова лыбится Макс.