— Приятно иметь дело со знающим человеком, — потрясла мне руку тётка, что оказалась руководителем группы проверки, прощаясь.

— Приятно видеть, когда любят дело, которым занимаются, — ответила я взаимностью.

— Она просто сама запуталась и всех запутала, — поясняла я Миро̀ и заодно всем присутствующим за ужином у моих родителей.

Я их, наконец, познакомила. И ни секунды не сомневалась, что он им понравится.

— Присматриваешь очередные курсы? — встал рядом со мной Вадик: после ужина я листала в телефоне новости, пока Маринка помогала убирать со стола.

— Ага, — закинула я в рот последнюю оливку, чтобы освободить ей тарелку.

В новостях вторую неделю полоскали «Органико».

А за ужином Вадим с Мариной официально объявили, что в сентябре у них свадьба, а к весне они ждут пополнение в семье.

— Угу, — выплюнула я косточку, — решила купить пожизненный абонемент в клуб анонимных обжор «Пыльные гантели». Ты как, будущий отец?

— Хорошо, — посмотрел он на Марину.

— А как там Ротман? — улыбнулась я.

— Вроде нашёл свою вторую половинку.

— М-м-м… Из тех, что «Всю ночь мерил — не моя!»

Вадик заржал.

— Эта вроде, наконец, его. Да ты бы заехала, они будут рады. У них всё хорошо.

Я мысленно перекрестилась: Тьху! Тьху! Тьху! Да будет так!"

"— Мы заезжали, Вадим. У Ротмана с Миро̀ даже какой-то общий проект.

И Гарик правда был счастлив, словно что-то изменило его жизнь до неузнаваемости. Новая девушка тому виной, возможность снова ходить, новый проект или он просто наконец вытащил палку из задницы, не знаю, но видеть его таким было сплошное удовольствие.

— Правда? — удивился Вадик и хмыкнул. — Он мне тут на днях рассказывал, что пока лежал без сознания, ему снилось, как мы однажды притащили из леса полоза, а он оказался щитомордником. И про землянику вспомнил, что мы нашли в лесу. И я просто жрал, а он рвал прямо на веточках, чтобы принести тебе.

— Чего только не вспомнишь, пока лежишь в коме. Но определённо он был мне лучшим братом, чем ты, — усмехнулась я и пошла на улицу.

Пели цикады. Пахло дождём и неумолимо приближающейся осенью.

И счастье было не где-то рядом, оно просто было.

— А он точно слесарь? — спросила мама, глядя, как Мирослав с отцом уже залезли под капот его старой машины.

— Не-а, — покачала я головой. — Он механик, — улыбнулась я, не в силах оторвать от него глаз.

— Это его профессия?

— Это состояние его души, мам. А вообще, он генеральный директор «Экоса». .

Она всплеснула руками и выразила горячее желание познакомиться с его родителями.

— Боюсь, этого не избежать, — рассеянно кивнула я и вспомнила сцену, что до сих пор стояла у меня перед глазами.

— Мирослав Сергеевич, а эта девушка, она кто? — догнала его в коридоре девочка, что приносила кофе.

— Моя будущая жена, — на ходу ответил он, не задумавшись ни на секунду.