Видит Бог, я презираю весь их род, во главе с отцом Самиры Анваром, который железной рукой руководит не только своей семьей, но также и семьями своих братьев и сестер.

— Мне нет до этого дела! — отрезаю бескомпромиссно. — Я не хочу видеть эту девушку в своем доме.

— Но она моя единственная подруга, Мурад! — продолжает давить Луиза, сложив руки на выпирающем из— за беременности животе и явно подчеркивая, что в ее положении я не должен ее расстраивать. — Пожалуйста, ей необходима помощь!

— Если бы ты была на ее месте, она и пальцем не пошевельнула ради тебя. Я прекрасно знаю, что представляет из себя Самира. Ты выбрала не того человека для дружбы.

— Ты просто предвзят, потому что не любишь их семью, — обвиняет меня жена. — Мама, скажи ему! Я клянусь, Самира хорошая! Вы сами это поймете, когда познакомитесь с ней.

Мама, которая до этого не вмешивалась в спор, смотрит на меня с укором. Черт, я слишком хорошо знаю этот взгляд! Она уже сдалась.

— Я уже знаком с ней, если помнишь, — говорю ей. — Такие люди не меняются.

— Давай дадим ей шанс, — мягко говорит мама. — С нас ведь не убудет, правда? Девочка погостит несколько дней, пока не найдет работу и жилье. Она нас не стеснит."

"Я сжимаю зубы, понимая, что бесполезно говорить о том, что дело не в стесненности, а в том, что я не хочу видеть рядом со своей семьей эту ядовитую змею.

Самира — не обычная девушка, как и с плохими, так и с хорошими чертами характера. Она — зло во плоти. Эгоистичная, высокомерная и безжалостная. И когда он раскроет свой рот, из которого льются одни оскорбления, в сторону моей семьи, я, не церемонясь, выкину ее на улицу. А пока, придется смириться с желанием моей сердобольной матери пригреть эту бедную сиротку. Луиза знала, на что давить, когда рассказывала о том, как Самира потеряла больную мать, за которой ухаживала последние пару лет. Мама тут же сравнила ее с собой, ведь она всю взрослую жизнь моего брата— инвалида провела, ухаживая за ним, пока он не умер три года назад.

— Хорошо, приводи ее, — вздыхаю, пытаясь обуздать свою ярость. — Но имей в виду, что как только она начнет вести себя по— хамски, я тут же укажу ей на дверь.

— Она будет лапочкой, вот увидишь! — довольно улыбается Луиза. — Ты не пожалеешь об этом.

Очень в этом сомневаюсь.

* * *Чертова лицемерка очаровала маму! Стоило ей появиться на пороге нашего дома, как она начала вести себя, словно всегда здесь жила. Учитывая, что живем мы в небольшом одноэтажном доме советских времен, доставшимся маме от ее родни, я ожидал, что привыкшая ко дворцу Самира тут же начнет кривить рот и выказывать свою брезгливость, но нет. Актриса оказалась хороша. Даже не спросила, почему я не куплю матери жилье получше, раз уж больше не являюсь нищебродом. Такие неуместные вопросы вполне в ее духе.