— Договаривались помогать друг другу, но теперь они продадут свои товары дороже, потому что предложение будет меньше, — ответил купец и улыбнулся, предвкушая месть.

— А где можно купить прозрачное стекло для окон? — поинтересовался я. — Хочу застеклить окна в своем замке: надоели сквозняки.

— Да, погода у вас здесь не самая лучшая, — произнес он и только потом ответил на вопрос: — У мавров. Цветные стекла и наши мастера умеют делать, но самое лучшее прозрачное — у нехристей, — и добавил шутливо: — Дьявол отдал им секрет в обмен на их души!

— На западном побережье Иберии есть христианские порты? — спросил я.

— На самом севере есть Корунья королевства Кастилия, а южнее ее — Опорто, который входит в бывшее графство, а с позапрошлого года королевство Португальское. Правит там Афонсу, сын Генриха Бургундского.

Опорто — это, видимо, будущий Порту.

— Сильное королевство? — задал я вопрос.

— Откуда им быть сильными?! — снисходительно произнес генуэзец. — Земли у них бедные, мастера плохие. Наши покупают у них шерсть, мед, воск. Иногда лошадей. Попадаются у них хорошие арабские скакуны, отбитые у мавров.

— А Лиссабон чей? — поинтересовался я.

— Мавров, — ответил он.

— Большой город? — спросил я.

— Не знаю, никогда не был. Говорят, побольше Опорто, — сказал генуэзец.

На ночь легли в дрейф. Я усилили караул, но происшествий не было. Видимо, купец не много потеряет, заплатив двести фунтов серебра.

К вечеру следующего дня оба судна встали на рейде порта Брест. Генуэзца на моем яле отвезли на берег. Вернулся он с тем самым иудеем, которому я продал неф в прошлом году. Он не сильно удивился, увидев меня. Заходя со мной в каюту, попросил генуэзца подождать на палубе.

— Узнал твое судно. Очень отличается от других, — сказал он, выпив генуэзского вина, которым я его угостил.

— Построено по моему проекту, — похвастался я.

— Не продашь мне его? — спросил он. — Заплачу хорошо.

— Нет, — отрезал я.

— Как хочешь, — решил не настаивать иудей. — На сколько вы с ним договорились?

— Двести фунтов серебра, — ответил я.

— Что будет после того, как он тебе заплатит? — продолжил он допрос.

— Генуэзец отправится на свое судно и сможет катиться, куда захочет, а я снимусь с якоря и уйду искать новую добычу, — сообщил я.

— Не нападешь на него во второй раз? — спросил он.

— Я — барон, мое слово дорого стоит! — сказал я с наигранным возмущением.

— Я не хотел обидеть! — заискивающе глядя мне в глаза, заверил иудей. — Боюсь потерять из-за него такие большие деньги.

— Не потеряешь, — заверил я. — Он на обратном пути обещает расплатиться или вексель выпишет?

Векселями пользовались византийские купцы. Переняли ли их опыт генуэзцы?

— Мы еще не решили, — увернулся от ответа иудей.

Значит, векселя уже ходят.