Демьян, к счастью, шаг делает. Правда, маленький.

— А ты, — переводит на меня взгляд бывший парень, — встала и пошла. Поиграем.

Подчиняюсь и медленно поднимаюсь на ноги. Меня трясёт — я же понимаю, что меня ждёт дальше. Тошнота подкатывает к горлу, а в висках ломит ещё сильнее.

— Ренат, это ошибка, — делаю попытку достучаться.

— Это ты ошибка, — скалится он. — Но я все исправлю. Ну, пошла! На выход!

Каждый шаг даётся с огромным трудом.

— Быстро, я сказал! Чем медленнее будешь идти, тем дольше будет кино, — и хохочет над своей идиотской шуткой.

Я почти дохожу до двери, как Демьян преграждает мне путь, закрывая собой.

Смоляков матерится, приставляет пистолет к его лбу и орет:

— Сам напросился.

Мой крик смешивается с шумом. Ренат отвлекается, Демьян резко уходит влево, отталкивает меня к стене, а следом раздается выстрел. Все это происходит за считанные секунды. Я едва успеваю фиксировать в памяти картинки происходящего.

Чьи-то вопли, удары. А потом я вижу перед собой Севера. Всхлипываю и, подавшись вперёд, утыкаюсь ему лицом в грудь. Шепчу бессвязно снова и снова “спасибо”.

— Бля, серьезно? — возмущается где-то на фоне Демьян. — Вообще-то могла бы и меня поблагодарить.

Отстраняюсь потому что меня скручивает в спазме, рвёт прямо на пол. Во рту кислая горечь, в голове непреходящий гул.

Когда становится чуть легче, Север помогает мне подняться, а меня шатает.

Чертыхнувшись, он берет меня на руки, что-то говорит Демьяну, но я не могу разобрать ни слова.

Мы выходим в коридор, проходим всего пару поворотов, как раздаётся оглушительный взрыв.

20 Алина"

"Моя жизнь превратилась в какой-то кошмар. Иначе и не назвать эту цепочку неприятностей, которая никак не заканчивается.

Сейчас, сидя в той самой комнате, куда меня поселили у Севера, я до сих пор чувствую запах гари, которая забивала легкие после взрыва.

Если бы не Север, вряд ли бы я смогла выбраться. В тот момент мне казалось, я не могу даже вдохнуть — организм словно отказывался слушаться.

На улице стало чуть легче. Но я по-прежнему воспринимала реальность короткими урывками.

Север посадил меня в машину, а сам отошёл к каким-то мужчинам. Я слышала лишь обрывки фраз:

…была провокация…

…девчонка засветилась…

… надо принимать меры, а то ушлепки зарвались…

Я даже не пыталась осознать, что это все значит. Перед глазами стояло искаженное злостью лицо Рената. Я не поняла, где он остался и что с ним было после. Но самое страшное, что я даж не хотела знать.

Вообще дорогу обратно почти не запомнила. Собственно, мне даже в голову не пришло возмутиться тому, что в итоге я оказалась дома у Севера, а не у себя в общежитии.

До комнаты меня сопроводил Демьян. Уж не знаю, почему. Но опять же я не спорила.