— Всем доброго здоровья, да… Иду, гляжу — Валентин бежит с этой штуковиной. Это ведь такой кладоискатель портативный, да? А что… что-то есть? Неужели вы что-то нашли?

— Сейчас узнаем, — Малявин нахмурился. Голос его звучал не слишком приветливо. Он властно забрал у Вали Журавлева металлоискатель. — Сейчас… Черт, а как он включается? Ты инструкцию не принес?

— Давайте, Денис Григорьевич, я включу, — Салтыков завладел металлоискателем. — Вот так. Работает, программа сейчас загрузится. Подержите меня, я спущусь вниз.

— Роман; подожди!

Это вырвалось у Леши Изумрудова. Мещерский вздрогнул: как тихо стало после этого негромкого, тревожного, предупреждающего окрика. Как они сразу все смолкли… Он скользил взглядом по их лицам — чудится, что ли в неверном свете ненастного осеннего дня или Салтыков действительно так побледнел? И Малявин как-то напрягся, замер. И Волков — какой у него взгляд, не глаза, а гвозди… Как он уставился на металлоискатель в руках Салтыкова! Может, сам хочет спуститься в яму? Или не хочет, не желает, предусмотрительно УСТУПАЕТ эту возможность другим?

— Роман, не надо, ты испачкаешься весь… Там грязно, — сказал Леша Изумрудов. — Давай лучше я.

Он рывком расстегнул «молнию» на своей щегольской красной куртке «Томми Хильфингер» — крак. Салтыков протянул ему металлоискатель:

— Вот эта черная кнопка справа.

— Я знаю, — Изумрудов снял куртку и отдал ее стоявшему рядом с ним Вале Журавлеву. Тот сунул куртку матери.

— Держись за мою руку, скользко, — он осторожно помог Изумрудову с громоздким металлоискателем спуститься вниз.

— Сам-то не полез, поняла? — в это самое мгновение шепнул в спецфургоне у монитора камеры слежения Никита Кате. — Вот оно, значит, как.

Они видели на экране: крохотные фигурки сгрудились у ямы.

На дне ее Леша Изумрудов начал медленно и плавно водить металлоискателем по очищенным от глины кирпичам. Почти сразу же послышался протяжный сигнал.

— Вода, — объявил Малявин хрипло. — Вода внизу, как вы и сказали, Роман Валерьяныч. Ну этого и следовало ожидать. Это наверняка колодец замурованный…

Он не договорил: вслед за сигналом протяжным раздался совсем другой сигнал — мелодичный, хрустальный перезвон. Изумрудов резко дернул металлоискателем вправо, влево — звон, звон малиновый…

Все замерли.

— Что там? Лешенька, что? — растерянно (Мещерскому показалось — испуганно) воскликнула Долорес Дмитриевна.

— Я не пойму что-то… — Изумрудов поднял голову.

— Что на дисплее? — тихо спросил Салтыков.

— Тут на дисплее… Аурум. Это… это золото, — голое Изумрудова от волнения срывался. — Золото!

Глава З2

ПОСЛЕДНЕЕ УСЛОВИЕ

После прилива всегда наступает отлив.

Два часа истекли — и ничего не изменилось у ямы на берегу пруда.