Поняв, что он просто обязан быть с Джулианной, Рейф выскочил из гостиной и рванул вверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки. Рывком, распахнув дверь комнаты, он ворвался внутрь.

Сразу четыре женщины обернулись на него, в том числе и Джулианна. Она лежала в центре комнаты на кровати, в ночной рубашке, задранной вверх так, что нижняя половина тела была обнажена. Ее темные волосы, влажные от испарины, прилипли к лицу, а тело изогнулось от боли и страданий.

Повитуха, стоявшая в изножье кровати, пригвоздила его к месту укоризненным взглядом.

— Леди Пендрагон рожает, и ее нельзя отвлекать. — Женщина нетерпеливо взмахнула рукой, молча приказывая своей помощнице и юной горничной вывести его из комнаты.

Рейф не сдвинулся с места.

— Она рожает уже много часов. А я сижу там, внизу, и слушаю, как она кричит. И не уйду отсюда, пока не пойму, что она вне опасности.

Началась новая схватка, буквально сразу же после предыдущей. Джулианна закричала, ненадолго приподнялась на локтях, а потом снова рухнула на постель.

Осознав, что сейчас от него будет больше вреда, чем пользы, Рейф позволил женщинам оттеснить себя на пару шагов.

Джулианна повернула голову и протянула к нему руку, глядя своими блестящими, умоляющими глазами:

— Нет, Рейф, не уходи!

Ее мольба остановила его.

Не колеблясь, он вырвался из рук женщин и торопливо подбежал к кровати. Упав на колени, он взял ее изящную руку в свои ладони, потом погладил Джулианну по голове. Слегка дрожащими пальцами он убрал влажные пряди волос с ее пылающего лба и щек.

— Я здесь, милая, я здесь, — шептал он, глядя ей в глаза.

— Мне так больно. — Снова началась схватка, Джулианна резко втянула в себя воздух и стиснула зубы, пытаясь выдержать муку, грозящую отнять последние ее силы.

— Милорд, я настоятельно вынуждена просить вас уйти, — приказала повитуха.

Рейф снова обернулся к Джулианне.

— Я боюсь, — призналась она, и по ее щеке скатилась слеза. — Я больше не могу. Не могу!

— Можешь! — твердым тоном ответил Рейф. — Ты сумеешь справиться с этим. Ты храбрая девочка. А когда снова станет больно, просто сожми мою руку. Сжимай ее так сильно, как хочешь. Я с тобой, милая.

Через несколько мгновений она так и поступила, стиснув его ладонь с такой силой, что Рейфу показалось — сейчас у него сломается кость. Но он не обращая внимания на боль, понимая, что это ничто по сравнению с тем, что выдерживает Джулианна.

— Держись, милая, — ободрял ее Рейф.

Снова началась схватка. Джулианна громко закричала и вцепилась в Рейфа, как в спасательный трос. Он чувствовал, как сотрясается ее тело, пока она выталкивает из себя младенца.

И, сделав это, она обмякла, прижавшись к Рейфу, и только слабо всхлипывала.

Сердитый вопль младенца наполнил комнату.