— За тех, кто вырос! — сказал я и первым вскинул бокал, раз уж место оказалось вакантным.

— Да ты-то вырос, — сразу два прожигающих взгляда синхронно уперлись в меня, — мы-то поняли!

— Ну тогда за тех, кто вырос! — подхватила Регина, а следом подхватили и все.

Кроме одной обнаглевшей парочки, которая лишь формально приподняла бокалы, а потом продолжила все так же дуть кальян.

— Люблю эту яхту! — как всегда невпопад изрекла Лизавета, едва прожевав канапешку, а после ткнула пальчиком королю прямо в корону. — И в прошлом году твоя прощальная вечеринка была тут…

— Надеюсь, ее отмыли, — нехотя оторвался Мишель от несомненно увлекательной беседы, которую вел со своей заразой на ее ушко.

— Зря так глобально прощался, — едко бросила Лера. — Раз все равно вернулся!

— Еще поди и останешься, — фыркнула Женя.

— А что, без меня здесь уже не вывозите? — парировал он.

— Да кому ты вообще сдался! — вылезла Валентина.

— Тогда к чему вопрос? — невозмутимо выдал этот бумажный король и снова затянулся.

— Ну чего, — Алена рядом со мной повернулась к Аве, — когда начнешь-то свое сафари?

— Не тот момент, — отмахнулась та, глядя, как Мишель вытянул кальянную трубку изо рта своей королевы и тут же попытался засунуть туда свою, за что мигом получил по рукам.

— Можешь сразу отдать телефон! — торжествующе сообщила Даша.

— Обойдешься! — шикнула гуру столичного пикапа. — Все будет, просто в правильный момент!..

— Дайте уж и мне попробовать, — подала голос Регина, вместе со всеми наблюдавшая за приключениями кальянной трубки из одних губ в другие.

— Не, — хмыкнул мудак, — тебе такое рано. Это не для всех.

— Правда? — хищно осклабилась она. — Что за вкус-то хоть?

— Токсичный яд, — с пафосом изрек он. — Тем, кто хочет жить, лучше не пробовать…

— Жидкая моногамия, что ли? — крякнула Арина. — С ароматом нафталина?

Катерина, вернувшая свою трубку, отправила облако этого токсичного дыма в ее сторону.

— Как приятно наблюдать, что я вырос, а вы нет, — резюмировал Мишель.

— А с моногамией только и остается, что наблюдать, — не дала ему последнего слова Регина."

"Вновь усмехнувшись, ее величество что-то шепнуло своему фавориту на ухо. Они переглянулись и вместе захохотали — над чем-то несомненно очень смешным, в чем опять не было места для остальных. В довершение ко всему он снял свою бумажную корону и нацепил на нее, и этот дар, в отличие от трубки кальяна, зараза милостиво приняла. Блин, и ты будешь говорить, что вырос? Как был дураком — так им и остался.

То ли дело в его фамилии — Королев, то ли это какой-то странный фетиш, но подобные короны на его белобрысой башке в детстве я встречал всякий раз, когда выпадал более-менее подходящий повод: дни рождения, Новый год и прочие совместным детские праздники.