Не смогла справиться с любовью к тебе, но мы уже нашли хорошего психолога, который поможет ей.

Не хотел я становиться тем человеком, который расскажет им правду, но видимо придется. Да, и если разобраться, именно я и должен сказать,  я не держу на нее зла, да она во многом виновата, но мы с Таей  не желали ей такого конца. Она заслуживала наказания, но не заслуживала смерти. Набираю побольше воздуха в легкие, и произношу:

— Примите мои соболезнования. К сожалению, вашей дочери больше нет в живых.  Сегодня после задержания Лики, состоялась очная ставка с человеком, который ввел вашу дочь в заблуждение, и в общем подробности всех преступлений вам расскажет майор Авдеев. Но, во время этой встречи Давид, так зовут того человека, он убил вашу дочь.

— НЕТ! — Кричит мать Лики, и заливается слезами. — Ты лжешь! Она не могла! Она так тебя любила.

— О чем ты говоришь? Как такое могло произойти? — Отец Лики, толкает меня к стене, и пытается взять за грудки, но я ему этого не позволяю.  Да, они убиты горем, но не я виноват, что все так произошло.  — Она не могла быть заодно с этим человеком, он устроил взрыв, увез ее в другой город. Ты же это знаешь! А теперь скидываешь на нее всю вину!"

"— Она никогда не любила меня. Она мстила, за смерть Саши, парня с которым встречалась раньше. Давид, внушил ей, что именно я виноват в смерти парня, и ослепленная яростью она начала мстить. И тот взрыв машины, и взрыв моего дома, полгода назад дело рук, вашей дочери. А сегодня, она пыталась похитить и убить мою дочь, но охрана вовремя среагировала и Лику задержали. Я никогда не желал ей зла, не желал смерти, но когда она узнала, кто на самом деле виновен во всем, взбесилась и кинулась на Давида с кулаками, а он хладнокровно свернул ей шею, на наших глазах. Мне очень жаль! Я прошу у вас прощение, за то, что не успел среагировать. Никто этого не ожидал. А теперь, прошу меня извинить, более подробно все вам расскажет Авдеев. Доказательства моих слов у него на руках. — Понимаю, что моя речь звучит грубо, но я тоже на взводе и мне тяжело контролировать сейчас свои эмоции.

— Саша… О Господи, я знала, что она что-то скрывает. Моя бедная девочка. — Плачет несчастная женщина, медленно оседая на пол.

Встретившись взглядом с Никитой, который вышел из кабинета на крики, я молча даю ему понять, чтобы рассказал все как есть, не тая, и Никита, кивнув еле заметно, просит родителей Лики пройти в кабинет.

Выхожу на улицу, и пытаюсь восстановить свое внутреннее состояние, тяжело переключиться с потрясения и шока, на более радостные мысли, но мне придется перебороть себя, успокоиться и поехать за моими девочками.