Вот только его сейчас для полного счастья не хватало!

Честно признаться, обстоятельства расставания были крайне фиговые, и этого человека я планировала встретить лишь в загробной жизни, и то если очень не повезёт. Но моя удача, видимо, закончилась с признанием моей успешной карьеры. Честное слово! Будто проклял меня тот крикливый журналюга. Марк, судя по вытянувшейся физиономии, тоже не ожидал меня встретить. Жаль, что вообще узнал. Впрочем, от меня же никто не требует того же?

Выгибаю брови и изображаю неподдельное изумление:

– Доктор, вы заблудились? – Чёрт с ней, с любовницей, я сама разобью этот грёбаный горшок! – Или вам помешал мой багаж? Простите, я не заметила, что он загородил проезд. Позвольте…

Вырываю чемодан из рук окаменевшего Марка и улыбаюсь:

– Хорошего вечера!

С превеликим облегчением захлопываю дверь, радуясь, что снова делаю это, и надеясь, что судьба нас больше никогда не столкнёт, но Марк успевает поставить ногу.

– Я по вызову.

– Что ж вас всех по вызову сегодня так много? – ворчу под нос.

Снова открывать не спешу. Наоборот, давлю на дверь в надежде, что Марк пожалеет ботинки. Судя по виду, стоят они немало! Но мужчина терпит, и мне приходится сдаться. Высунувшись в проём, говорю как можно холоднее:

– Я не вызывала врача. Это какая-то ошибка.

– Значит, это не у вас горшок с головы нужно снять?

– А похоже, что у меня на голове горшок? – начинаю злиться я.

Марк всегда был упрямым, но я ещё упрямее. Внезапно по дому снова разносится вой любовницы, похожий на брачный клич вурдалака средней комплекции, и врач заботливо добавляет:

– Похоже, что пострадавшему очень плохо.

– Поверьте, ей очень хорошо.

Во всяком случае, было несколько минут назад, когда скакала на чужом муже. Я почти не солгала и, чтобы выиграть битву, открываю дверь и резко наступаю Марку на ногу. Мужчина машинально отшатывается, и я радостно отпрыгиваю, собираясь снова вычеркнуть этого человека из жизни, когда слышу голос Артёма.

– Ма-а-ам! А что это за странный звук?

– Да что вы, доктор, всё на пороге топчетесь? – сердито шиплю на Марка, втягивая его в дом. А сама кричу сыну: – Это трубы, Тём. Прорвало одну, так что ты пока домой не заходи, хорошо?

– Ага!

И он, размахивая рогаткой и улюлюкая, снова убегает в сад. Облегчённо вздыхаю и радуюсь, что Марк не увидел ребёнка. Махнув доктору, приглашаю следовать за собой:

– Я провожу к потерпевшей.

Поднимаюсь наверх, физически ощущая взгляд Марка, и ненавижу в этот момент свою обтягивающую юбку и набранные в недавнем недельном отпуске два килограмма. Продолжаю играть роль, делая вид, что не узнала бывшего, указывая на дверь спальни:

– Сюда, пожалуйста.

Мы входим, и ко мне бросается муж.