– Соня, ты не так всё поняла…

– Евгений, покажи доктору больную, – перебивая, холодно печатаю я и отхожу к окну, скрещивая руки на груди. Продолжаю тихо: – На всю голову.

Марк, судя по быстрому взгляду и усмешке, прекрасно это слышит. Но, к его чести, не пытается шутить, хотя ситуация, ясное дело, очевидная. Наклоняется к няне, проводит пальцами по горлышку горшка, пытается снять, и любовница вскрикивает, а после начинает хныкать.

– Потерпите немного, скоро я вас освобожу, – мягко обещает Марк и открывает пластиковый дипломат.

Я недовольно кривлюсь – и голос-то у него такой глубокий, обволакивающий, от которого дрожь по телу и бабочки в животе. Не зря же на него молоденькие симпатичные медсёстры вешаются, как летучие мыши на могучее дерево. Дёргаю плечом, стараясь выбросить прошлое из памяти, но при виде Тёмки, скачущего на лужайке, понимаю, что воспоминания никуда не денутся.

Тем временем врач берёт баночку и, смазав прозрачным гелем горлышко горшка изнутри, осторожно снимает «головной убор». Передаёт Жене и внимательно осматривает зарёванную няню.

– Травм нет. Поздравляю с освобождением!

Поднимается и идёт к выходу. Я спешу за ним, желая убедиться, что Марк не увидит ребёнка, Женя побитой собачонкой следует за нами, то бормоча благодарности доктору, то постанывая о своей ошибке. Я бы с удовольствием надела горшок ему на голову, чтобы только заткнулся. С ещё большей радостью выставила бы кобеля за дверь, но сейчас терплю, ведь главное, чтобы бывший не узнал мою тайну.

Открываю дверь и нетерпеливо смотрю на мужчину.

– Вы, наверное, очень торопитесь.

Марк ухмыляется, но кивает и выходит из дома. И, как назло, именно в этот момент к крыльцу подходит Тёмка.

– Мам, я устал."

"У меня была доля секунды до того, как врач обернётся и моя тайна будет раскрыта. Кажется, Марк догадается обо всём, как только увидит мальчика. Его большие голубые глаза, нос с особой горбинкой, ямочки на щеках и ушки со сросшейся мочкой. Артём слишком похож на отца, чтобы надеяться на чудо.

Один взгляд на горшок, который всё ещё держал в руках муж, решил всё.

Глава 4

Выхватываю горшок из рук Жени и с размаху надеваю ему на голову. Марк, тихо офигевая, смотрит на меня так, будто вспоминает, достаточно ли взял успокоительного, чтобы уложить одну ненормальную бывшую.

– Что вы творите?!

– Ой, доктор! – восклицаю я и вталкиваю Марка в гостиную. – А у нас ещё один пострадавший!

Следом пихаю туда же Женю и выбиваю страйк! То есть мужчины валятся на диван – на этот раз мой неверный супруг сверху, – а сама хватаю сына на руки и, крякнув от тяжести, тащу к лестнице. Нам навстречу в развевающейся простыне несётся няня по вызову.