Рада, что наши пути разошлись.

Теперь я — сама по себе, и я больше не буду доверчивой и открытой.

Ни с кем.

Глава 44

Глава 44

Ника

Проблевавшись, как следует, вытаскиваю из сумочки салфетку, вытирая лицо, обувь забрызганную. Еще бы немного воды, жвачку…

— Держите. Тигран Эдуардович сказал, вам понадобится это.

Охранник протягивает мне стеклянную бутылку дорогой минеральной воды, салфетки, жвачку.

— Благодарю, — отвечаю сухо.

Привожу себя в порядок, благодаря небеса, что хватило ума собрать волосы в косу, пока сидела и ждала, что меня выпустят. Иначе бы и волосы загадила рвотой.

— Едем?

— Еще две-три минуты, прошу.

Неторопливо прохаживаюсь по снежку. Обновляю парфюм из маленького флакончика. Собираюсь с мыслями…

Сделать нужно неприлично много. Стоит разработать план и не поддаваться эмоциям.

Сажусь в машину, Тигран Эдуардович расположился с шиком, у него тут целый столик и офис на заднем сиденье устроен.

И перекусил, и поработал. Мужчина неспешно собирает все, прячет.

— Поехали? — предлагает. — Долго ты.

— Там беспорядки возникли. Не выпускали.

— В курсе. И о том, кто главный беспредельщик, я тоже в курсе. И? — буравит меня тяжелым взглядом, будто подталкивает к чему-то.

— Мне больше нечего добавить.

— На Осло это совсем не похоже. Он из себя не выходит. Но после твоего появления вышел из себя. Так что такого ты могла сказать моему лучшему солдату в прошлом?

— Ничего. Ничего такого, к чему бы он не приложил руку и кое-что еще.

— Загадками говорить не лучшая затея, Моника. Осло я дорожу, тебя едва знаю. И если ты думаешь, что я тебя пожалею, только потому, что ты — женщина, то ты ошибаешься. Мне приходилось убирать с пути стерв, если того требовали обстоятельства.

— Беременных стерв тоже с пути убирали или им полагаются поблажки? — спрашиваю.

Как будто даже спокойно выходит, а у самой страх даже на кончикаха волос вибрирует.

— Осло стерилен, — мгновенно отвечает Тигран.

— Значит, я — дева Мария и рожу этому миру нового Иисуса, а теперь можно… Можно мы обсудим дела? Дан…

Обрываю. Хватит. Нет никакого Дана. Есть мудак Ослов.

— Ослов заявил, что все мои дела — у вас. И что все тип-топ по бумагам и деньгам. Я бы хотела убедиться, что так и есть на самом деле.

Тигран задумчиво смотрит на меня, трет подбородок с модной бородкой. Дан бреется начисто, до синевы… Невольное сравнение, после которого я яростно начинаю преследовать жалкие мысли об этом мужчине с пылом главного деятеля инквизиции.

— Все в порядке. Это так. Можешь нанять аудитора или привести своего человека, который в этом разбирается.

— Этот человек — я.

Тигран иронично приподнимает брови вверх. Не верит, что ли?

— Послушайте, мне плевать, верите или нет. Я должна все проверить сама. На это может уйти довольно много времени.