Его люди подскажут.

— Приятный молодой человек. Обходительный… — добавляю.

Дан добавляет смешок.

— Знала бы, о ком ты отзываешься так небрежно. Добавила бы в голос больше уважения.

— Скоро узнаю. Добавлю, — мурлыкаю. — Всего, чего не хватает. добавлю.

— Он женат, — резко обрывает. — Женат и счастлив в браке. Если ты своим хвостом перед ним повертеть решила…

— А у тебя только и мысли, что о моем хвосте и о том, что под ним. Не все думают только вагиной и членом. Мне нужны выгодные связи и полезные знакомства. С чего-то нужно начинать.

— Не высовывайся, дура!

— Не твое…

Я хотела сказать «не твое собачье дело».

Но вдруг поняла.

Божечки, я поняла, почему Тигран Эдуардович назвал Дана Осло и почему он дал мне липовую фамилию Ослова.

Да он сам… Ослов!

Данис Ослов. С ударением на второе О.

— Не твое ослиное дело, — широко улыбаюсь и посылаю ему воздушный поцелуй. — Спасибо, что впрягся. Я выпишу тебе чек. За услуги.

Дан скрипит зубами и резко подрывается с места. Охранник, безразлично стоявший все это время, резко подбегает с дубинкой наперевес.

— У нас уговор! Ты мне отпуск должна! Поняла, ты?! Я за своим… блять, сука, отпуском еще приеду! И ты еще не так мне поулыбаешься.

Да ты… ты мне ноги мыть будешь.

— Я вышлю тебе чек, — повторяю, пятясь до самой двери. — На этом сойдемся.

— Мой чек… Мой чек ты своей пиздой отработаешь! — рявкает страшным голосом.

Монстр. Просто монстр. Такой, которым в детстве других детишек пугали!

— Пизду ты у шлюхи найдешь, а к моей вагине ты не прикоснешься больше. Ни членом, ни, тем более, своим грязным языком!

Дан делает еще один рывок и получает по затылку дубинкой.

Оборачивается, ввязывает в драку с охранником.

Вбегают еще двое.

Мои глаза в шоке впитывают подробности жестокой схватки. Хруст, кровь…

Бешеный ледяной взгляд время от времени прилетает в меня острым клинком, как только из глотки кровь не хлынула фонтаном?!

Я в панике…

Меня вытаскивают из комнаты для свиданий. Потоком к взбесившемуся заключенному вбегают еще другие охранники.

Воет сирена тревоги. Повышенный уровень опасности.

***

Меня выпускают только через три часа.

До этого момента все были взвинчены.

Дополнительные проверки, чтобы следом за одним заключенным не подняли бунт другие…

За воротами заведения меня терпеливо дожидается машина.

Вернее, целый кортеж из машин охраны Тиграна Эдуардовича.

Я едва гребу ногами, пятки стынут в тонких казачках. Начало весны, но такое промозглое и дрянное, словно зима решила поселиться здесь надолго.

Меня выворачивает завтраком и желчью в сугроб… Долго тошнит. Вспоминаю хруст сломанных костей и снова тошнит пустотой."

"Это не человек, это просто… бездушная машина! Для убийства!

Если его задержат после нападения на охрану, я буду только рада.