На мгновение повисла зловещая тишина, которую прервала Мария. Она вышла из-за кассы и сказала сыну:

– Найди кого-нибудь и на это место. Я устала и не собираюсь больше вкалывать.

Стефано немного помолчал, а потом тихо сказал:

– Давайте успокоимся. Никакой я не хозяин. Дела в лавке касаются не только меня, они у нас общие. Нам надо определиться. Пину́, тебе обязательно работать? Нет. Мама, а тебе обязательно целыми днями сидеть за кассой? Тоже нет. Лучше дать работу тем, кому она нужна. За прилавок поставлю Аду, про кассу еще подумаю. Иначе кто будет заниматься свадьбой?

Я не знаю, правда ли за отстранением сестры и матери Стефано от ежедневной работы в лавке стояла Лила (Ада, получившая работу, разумеется, была в этом уверена, как и Антонио, который с того дня начал считать мою подругу доброй волшебницей). Во всяком случае, будущие свекровь и золовка, у которых теперь появилась куча свободного времени, и не думали помогать Лиле готовиться к свадьбе. Зато они делали все, чтобы усложнить ей жизнь. По малейшему поводу вспыхивали споры: из-за списка приглашенных, убранства церкви, фотографа, оркестра, праздничного зала, меню, торта, бонбоньерок для гостей, обручальных колец и даже свадебного путешествия – Пинучча с Марией считали, что путешествия в Сорренто, Позитано, на Искью или Капри недостаточно. Так я внезапно оказалась втянутой в эти хлопоты под тем предлогом, что Лила якобы нуждалась в моих советах, а на самом деле – чтобы просто ее поддержать.

Я только что перешла в выпускной класс лицея, и у меня было много сложных предметов. Моих обычных усердия и трудолюбия уже не хватало, и учеба давалась мне неимоверными трудами. Как-то раз по пути из школы я встретила Лилу.

– Лену́, прошу тебя, сходи завтра со мной кое-куда.

Я растерялась. В тот день меня вызывали по химии, ответила я средне и жутко переживала.

– Куда?

– Покупать свадебное платье. Я тебя очень прошу. Если ты не пойдешь, я кого-нибудь из них убью."

"Я пошла. Мне надо было заниматься, но я пошла. С нами были Пинучча и Мария. Магазин располагался в Реттифило. На всякий случай я бросила в сумку пару учебников в надежде, что удастся их хотя бы пролистать. Не удалось. С четырех до семи вечера мы рассматривали журналы мод и щупали ткани, а Лила примеряла свадебные платья, выставленные в магазине на манекенах. Какое бы она ни надела, ее красота подчеркивала красоту платья, и наоборот. Ей шли и жесткая органза, и мягкий атлас, и облака из тюля. Ей шли и кружевные корсеты, и рукава с буфами. Она одинаково хорошо смотрелась и в пышных, и в облегающих юбках, и с длинным, и с коротким шлейфом, и под фатой в виде покрывала, и под фатой, напоминающей плащ с капюшоном, и в жемчужной диадеме, и в венце из горного хрусталя, и в венке из флердоранжа.