Не для кого не секрет, что наш босс — очень жесткий и порой жестокий человек. И если он вызывает на ковер, то вполне можно заказывать панихиду.

— В настроении? — уточняю коротко, отрываясь от бумаг по делу Давида и Кадырова. Предварительное заседание буквально через полтора часа, и Аркадий Андреевич прекрасно осведомлен об этом. Я специально заехала в офис, чтобы досконально подготовиться. Под пристальным и пожирающим взглядом Хакимова сделать это нереально. И если сейчас босс устроит мне разнос без повода, то я не ручаюсь за благополучный исход этого дела…

— Был с утра вроде. Но ты же сама знаешь — у него оно меняется, как у меня в ПМС.

Ну, да. Глупый был вопрос.

— Ладно, перед смертью не надышишься, — бормочу, идя на выход и одергивая юбку вниз.

— Удачи, Тея.

Спасибо, но, боюсь, она мне тут не поможет…

В приемной секретарь Власова окидывает меня таким же жалостливым взглядом, как Лиза несколько минут назад, и кивает головой на дверь: мол, иди, Тея, на заклание, нельзя заставлять биг босса ждать.

Переступаю порог, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, хотя внутри натянута, как струна. Кажется, проведи чуть резче, и рванет. Я знаю, что не совершала никаких проступков, не проиграла ни одного дела, на меня не поступало ни одной жалобы…Но для Власова это не аргумент. Он увольнял сотрудников и за меньшее, потому что, как Кощей над златом, чахнет над репутацией своей компании. И, стоит признать, все же его политика дает свои плоды: его юридическая компания считается лучшей не только в городе, но и в области.

— Добрый день, Аркадий Андреевич, — привлекаю внимание босса, буквально заставляя себя не съеживаться в ожидании разговора.

— Проходи, Тея, присаживайся, — босс разворачивается от окна, широко и приветливо улыбаясь, чем пугает меня еще больше. Он садится в кресло руководителя, подавая мне пример, и мне ничего не остается, кроме как опуститься в кресло напротив.

Такое поведение босса очень необычно и, признаться честно, пугает еще больше. Лучше бы орал, правда. Там хотя бы знаешь, что ожидать от него.

— Как продвигается дело Кадырова и Хакимова?

— Нормально. Сегодня предварительное заседание, через полтора часа, — отвечаю осторожно, внимательно следя за шефом.

И он меня удивляет.

Нет, даже не так.

Пугает и вызывает омерзительные чувства.

Потому что Власов…пожирает меня взглядом. Буквально ощупывает, оставляя на коже уродливые ожоги.

Мне хочется вскочить с места и сбежать, но усилием воли заставляю себя сидеть. Я не могу потерять эту работу. Не тогда, когда до достижения цели осталось совсем чуть-чуть.

Я и раньше замечала долгие и пристальные взгляды за Аркадием Андреевичем в мой адрес, но не придавала им значения.