Малышки я не заметила, как и Эльма — успел сбежать? Служанка поклонилась гостю, и я хотела распорядиться, чтобы она подала на стол, но Каэм решительно отказался от небогатого угощения:

— Я не за этим… пришёл.

И сделал знак, чтобы я отослала Илину. Недовольная девушка удалилась к себе, и на всякий случай я проследила, чтобы она плотно закрыла дверь. Рассказать о наших тайнах Илина не сможет, но, в конце концов, она неплохо умела рисовать.

— Ты хотела, чтобы я выслушал тебя, — бесстрастно произнёс Каэм, когда я вернулась к нему. Он сел на скамью, едва не затрещавшую под его весом, и вытянул под столом свои длинные ноги. — Начинай.

Это оказалось тяжелее, чем я думала. Все аргументы в пользу Рика уже не были столь убедительны, я говорила сбивчиво, а под пристальным взглядом Каэма — ещё и чересчур взволнованно.

— Ты упускаешь из виду одну важную вещь, Ания, — сказал он, дождавшись, пока я закончу. — Даже если Рик не таков, как его родичи, это не значит, что ты можешь вступить с ним в какие-либо… отношения, — что-то вроде отвращения проступило в лице Каэма, бледном и холодном, как снег за стенами дома. — Ассту — наши кровные враги. И я запрещаю тебе…

— Запрещаешь? — Я не выдержала. — Ты не смеешь! Не имеешь права! Я уже взрослая!

— Ания…

— И не смотри на меня с упрёком, будто я виновата, я же ничего плохого не сделала!

Я чувствовала, что щёки горят, а к глазам опять подступили слёзы.

— И чтоб ты знал, между нами нить! Понимаешь?! Ты не можешь противиться судьбе!

Сказала — и сама же зажала себе рот, но было поздно.

У Каэма сделался такой вид, словно я дала ему пощёчину. Брат стремительно поднялся из-за стола и шагнул ко мне, а я попятилась."

"— Та самая? — Он впился в меня глазами, словно хотел вытянуть наружу злосчастную нить любви и разорвать её собственными руками.

— Д-да… та самая, — пробормотала я. Как будто другие бывают!

Каэм отвернулся и словно задумался. Я с тревогой смотрела на него, ждала, что скажет, и в моём глупом сердце начала теплиться надежда…

— Нет, Ания, — его слова падали тяжело, как камни. — Знаю, ты будешь злиться на меня, проклинать, долго не простишь. Но ради твоего же блага…

О, как я ненавидела эти слова! Как часто слышала их в детстве, когда брат запрещал мне всё, что только мог запретить!

— Ради твоего же блага, — повторил Каэм, не глядя на меня, — я заберу тебя домой, в замок Ирр. Или…

Он сделал паузу, пока я боролась с собой, пытаясь не заплакать и не кинуться на него с кулаками.

— Или же ты останешься в Бланкастре, на службе квизари. Но в таком случае тебе придётся заключить брак с благородным альгахри Ниарвеном.

— Что? — я подумала, что ослышалась. — Ты же говорил, что дашь мне право выбора! А я за Ниарвена не хочу!..

Каэм посмотрел на меня с грустью.

— И я даю его тебе.