- Попробую привыкнуть, - я затягиваюсь дымом и гляжу на него с прищуром, - Саша. – Мне становится смешно, и я закашливаюсь. – П-прости. Непривычно до ужаса.

- Как и твоя новая стрижка! – Сознаётся мужчина, ещё раз вглядываясь в мой новый облик.

Торчащие в разные стороны каштановые пряди придают мне возраста, но очень идут этому чужому, новому лицу со странной ухмылкой.

- Нам нужны будут документы. – Говорю я, ввинчивая окурок в пепельницу, и придаю лицу серьёзный вид.

- Поль, ты понимаешь, что проблема не в деньгах? Тех средств, что дал Загорский хватит надолго, даже если умчать вдвоём в Венесуэлу.

Я бы хоть сейчас всё сделал, но ведь ты упёрлась, что хочешь забрать сына.

Я стискиваю челюсти.

Никто не знает, как часто мне снилось, будто я прихожу в дом чудовища и требую отдать мне моего ребёнка. Сколько раз эти сны заканчивались тем, что Загорский смеялся, всаживая пулю мне в лоб. Если бы он знал, что я жива, давно пришёл бы и завершил то, что не смог довести до конца ещё в тот страшный, дождливый день.

- Я заберу Ярика, мы сфотографируем его, ты заплатишь своему старому знакомому, и он сделает нам новые документы.

– Говорю я, ощущая на языке противную горечь. – Мне и моему сыну.

- Как ты его заберёшь, Поль? Как? – Придвигается ко мне дядя Саша. – Мы ведь это уже сто раз обсуждали. – Он берёт мои ледяные ладони в свои руки и крепко сжимает. – Я не престарелый коммандос, чтобы войти в дом, перестрелять всех и унести малыша на руках.

- Я понимаю. – Мой голос срывается от одной только мысли о сыне. – Но я уже всё рассчитала. Раз в месяц няня возит Ярика на осмотр в клинику. С ними всего два охранника: один остаётся в машине, другой поднимается на этаж.

Если мы отвлечём его, если я останусь наедине с этой женщиной, то…

- Как ты собираешься отнять у неё ребёнка? Силой? А что, если малыш пострадает?

- Ты просто не хочешь мне помочь!

- Хочу! – Его руки сжали мои ладони до боли. Мужчина внимательно посмотрел в мои глаза. – Хочу. Но нам нужен серьёзный, обстоятельный план, а не вот это твоё «зайду с ней в туалет, отниму ребёнка и побегу»! Нужно дождаться, когда малыш пойдёт в ясли или школу, нужно…

- У меня нет этого времени, Саш! – Вспыхиваю я. – Я не могу больше. Для меня каждый день без него как пытка.

Я хочу быть с Ярославом, хочу быть рядом, у меня никого, кроме него, не осталось. И если Загорский встанет у меня на пути, я убью его без колебаний! – Я вырываю ладони и трясу ими перед его глазами. – Вот этими руками убью!

- Давай сделаем так, чтобы ребёнок не пострадал, ладно? – Миролюбиво успокаивает меня мужчина. -  Сделаем всё по уму, чтобы Марк тебя потом не нашёл. Иначе, сама знаешь…

- Знаю. – Киваю я и зажмуриваюсь. – Но я… я больше не могу так… Я устала ходить за ними тенью.