Я поднялась на второй этаж, чтобы проверить как там Тимур, но его комната была заперта, оттуда доносились удары по боксерской груше. Я постучалась несколько раз, позвала его, но он не открыл ни мне, ни, чуть позже ― Руслану.

Я сварила всем кофе, Лика сделала бутерброды, Руслан помог накрыть на стол, включили телик, чтобы он хотя бы фоном отвлекал, и тут в папиной руке зазвонил телефон.

Он прислонил его к уху так быстро, что я даже не успела моргнуть.

Я убавила звук на телике, и мы все с замиранием сердца следили за реакцией папы.

Голос в трубке что-то говорил, нам было не слышно. Папины глаза расширились и замерли в одной точке, он быстро задышал, в какой-то момент медленно смял в руке салфетку, затем поджал губы, зажмурился, впился пальцами в переносицу, и … я впервые в жизни увидела, как папа плачет.

― С-спасибо, Алексей Леонидович, ― дрогнувшим голосом сказал он и вытер мокрую щеку. ― Я… я могу увидеть ее?

― ***

― Да… Да… Я с-сейчас… Сейчас приеду.

Папа положил телефон на стол, закрыл глаза и медленно втянул в себя воздух.

Я, Лика и Руслан переглянулись. Мы боялись задать пугающий вопрос, который, я уверена, обжигал язык у каждого из нас. Молча смотрели на папу, пока не понимая, что случилось с Катей.

― Остановили… ― едва слышно обронил папа, и, устремив мокрые глаза в потолок несколько секунд помолчал.

О чем он там мысленно говорил с богом, мне было неизвестно, но по его благодарному взгляду я поняла: старик, наблюдавший за нами с небес, все-таки услышал его молитвы.

― Дядь Саш… ― осторожно сказал Руслан, с тревогой глядя на него.

Папа прерывисто вздохнул и через силу улыбнулся.

― Кровотечение остановили. Беременность удалось сохранить, ― сказал он и

по моим щекам хлынули слезы, Лика тоже расплакалась.

― Фу-у-ух, ― шумно выдохнул Руслан и громко матюгнулся, пытаясь передать, как он рад за них с Катей, а потом подошел к папе и крепко пожал ему руку.

― Я же говорила, ― шмыгнула носом я, обнимая папу за плечи.

Он сжал мою руку и усадил к себе на колени, как делал в детстве, когда мне нужна была его поддержка.

Но теперь дочка выросла, и настала пора ей утешать своего папу. Я гладила его по взмокшей голове и шептала на ухо, что теперь у них все будет хорошо, что он скоро снова станет папой, смеялась, что ему заново нужно учиться менять подгузники и разучивать колыбельные.

Доктор перезвонил еще раз и попросил привезти кое-что по просьбе Кати.

Мы как пчелы летали по дому, собирая в спортивную сумку все по списку. Я проявила инициативу, и хоть в списке этого не было, но все же сунула в сумку книгу, которую недавно прочитала. Любовный роман, полный любви и приключений, который способен поднять Кате настроение.

Лика собрала фруктов, папа принес из спальни кое-какую одежду, крем, заколку для волос.