Порывается поехать в больницу, но мы не пускаем его в таком состоянии. Да и чем он там может помочь?..

― Господи, мама… ― выдохнул Тимур и запустил пальцы в волосы.

Я заметила, как он резко побелел.

― Тим, с ней все будет хорошо, слышишь? ― взяв его за руку, сказала я.

Он, словно не услышав меня, убрал руку, встал с дивана и ушел наверх, в свою комнату. Я хотела отправиться за ним, но Лика меня остановила.

― Не трогай его пока, Тась. Пусть он побудет один. Ты ведь знаешь о его ссоре с Катей?

― Ссоре? ― переспросила я.

― Руслан сказал, что Тимур на днях наговорил ей кучу гадостей из-за отца, опять обвинил ее в его смерти, они немного повздорили, ― Лика вздохнула и помотала головой. ― Мне кажется, он расстроился из-за этого.

― О, боже… ― простонала я и закусила губу, чтобы не расплакаться. ― Но ведь то, что случилось с Катей не связано с этой ссорой? ― Я смотрела на Лику так, словно разговаривала с лечащим врачом Кати.

― Тимура никто не винит. Сейчас главное, чтобы жизни Кати и ее будущему малышу ничего не угрожало. Не представляю, как твой отец переживет, если с ними что-то случится. Сегодня он молился вслух… Молился и плакал… Мне было так жаль его, Тась, ― Лика вытерла рукавом водолазки уголки глаз и обняла меня. ― Ему очень нужна твоя поддержка…

И в следующую секунду мы обе вздрогнули от громкого голоса папы.

― Дай мне ключи от машины! Я не могу больше сидеть и ждать этого чертового звонка!

Мы с Ликой бросились в кухню и застали папу, стоящего напротив Руслана, со сжатыми кулаками."

"― Пап, папочка, успокойся! ― Я прижалась к его груди. ― С Катей все будет хорошо, и с… ребенком тоже. Боженька знает, как вы мечтали о малыше, и он сделает все возможное, чтобы его спасти. Веришь мне? ― Я подняла голову и заглянула в его красные глаза. ― Вот увидишь, с минуты на минуту позвонит доктор и скажет, что у них все хорошо. У нас будет братик, или сестричка, правда, Руслан? ― нервно хохотнула я.

Затем вытерла слезы, которые накатили по двум причинам: первая ― я очень переживала за папу, за Катю и за ее беременность, а вторая…

О ней мне даже подумать стыдно.

И не буду думать.

Я не могу позволить себе в такой момент думать о своей личной жизни. Сейчас самое главное, чтобы с Катей и ребенком было все в порядке.

Мы уговорили папу остаться дома. Хотя он уже успел вызвать такси, и Руслану пришлось выйти из дома и заплатить водителю за ложный вызов.

Дома мы поддержим его, какой бы ни была новость из больницы. А там он просто сойдет с ума.

Отпаивали его горячим чаем, заговаривали зубы на разные темы. Это, конечно, не помогало, но он хотя бы перестал рваться в больницу. Сидел ни живой, ни мертвый за кухонным столом, без конца глядя на экран телефона.