Комар исчез внезапно и это дало ему фору. А когда его начали активно искать и он понял, кто… надо уточнять, что до сегодняшнего дня никто из тех, кто тогда ему угрожал, не дожил?

— Вполне в его стиле.

— Комар не умеет ни честно жить, ни честно вести бизнес.

— Но теперь-то за ним криминала нет? — уточняю я. Не хочу, чтобы Машу вообще касалось что-то подобное.

— Формально — нет. Что на самом деле, неизвестно, — ухмыляется Игорь, — этому типу жаркое местечко в аду приготовлено. Как и его детишкам.

— О чем ты? Я уверен, ни Маша, ни ее сестра даже не в курсе сотой доли того, что творил их отец. И уж точно участия не принимают в его делах, — обегаю хмурым взглядом фигуру друга. В его глазах мелькает нехороший блеск.

Слишком нехороший, чтобы оставить это без внимания.

— Плевать. Ты пойми, Комар вообще не ожидает удара ниоткуда, иначе бы не отпустил дочурок без присмотра сюда.

— На что ты намекаешь? — уточняю вкрадчиво, хотя уже знаю ответ.

— Не намекаю, а говорю прямо. Его дочери — это единственное слабое место Виктора.

— Ты что, отомстить вздумал? Я понимаю, что у тебя давние счеты за своего отца. Но, во-первых, мы до сих пор не знаем, что это сделал он, а во-вторых, карать невиновных за то, что творил их родственник… — качаю головой, глядя в глаза другу, — Это слишком, Игорь.

— Ты же понимаешь, что таких совпадений не бывает? Чтобы вечером нагрянули с визитом братки, батя им отказался продавать магазин, а утром пропал. Навсегда! И на следующий же вечер они вернулись и предложили «выгодную сделку» перепуганной матери, намекая на то, что у нее есть еще трое детей. Пока что есть.

— Игорь, я понимаю! Я все понимаю, черт возьми! И я помогу тебе, если нужно. Но не смей трогать ни Машу, ни Таю. Их эти разборки никак не должны коснуться."

"— Как смешно. Как только появилась баба, ты сразу же забыл о нашей дружбе.

— Это не так. Хочешь мстить Комарову — вперед. Можешь рассчитывать на меня. Но к его дочерям или жене приближаться не смей. Они в этом не замешаны. Виктор тоже всегда угрожал близким, чтобы выбить согласие из жертв. Не становись таким же.

— Я буду делать, как считаю нужным.

После этих слов сознание словно мутнеет. В бешенстве хватаю друга за грудки и встряхиваю. Игорь тут же изворачивается и ударяет в ребра, но во мне кипит ярость, и она придает мне еще больше сил. С силой впечатываю его в стену и перехватываю горло ладонью.

— Чтобы ни на шаг не приближался к ним! Ты понял?! Ни. На. Шаг. — чеканю каждое слово, испепеляя его взглядом, — Иначе я самолично закопаю тебя, друг.

Игорь отталкивает меня, прожигая полным злобы взглядом. Сквозь бледную кожу на лбу от напряжения проступает жила, он сжимает кулаки. Мы стоим друг напротив друга и с каждой секундой адреналина в крови все больше.