По всем правилам они должны были быть ликвидированы. И хотя они были непосредственными носителями нужных нам технологий, Цвинн предпочла бы получить их мертвые тела для исследования, чем оставить их в живых после всего, что произошло.

Но я уже решила. Если Азот или кто-то другой разнюхает о моих неправомерных действиях, я предпочту пострадать сама…

Я привстала и начала наклоняться ближе в Максу, потому что мне нужен был тактильный контакт. Он не отшатнулся, а просто неотрывно смотрел в мое лицо. Какая решимость! Какая твердость! Когда же я нависла прямо над ним, заставив его вновь распластаться на земле, я ощутила еще один острый укол совести.

Даже сейчас Макс не противится мне. Зная, что я опасна, он не пытается ударить меня или оттолкнуть…

Такое отношение подкупало. Такое отношение ломало меня изнутри…

— Прости меня… — прошептала я искренне, а потом подумала, что хочу… его поцеловать. Он все равно ничего не вспомнит: я сотру его память о последних событиях и создам ему новые воспоминания.

Как он отнесется к тому, что его друг и сосед целует его? Впрочем… сейчас узнаем…

И я резко наклонилась к его лицу, невесомо прикоснувшись к его губам.

Они оказались мягкими и теплыми, а по телу его пробежала отчетливая дрожь.

Он не отстранился. Не оттолкнул. Замер, словно в ожидании и, по-моему, даже перестал дышать…

Ментальная связь усилилась, и я ощутила его… трепет. От опасности, зависшей над ним в моем лице, от нереалистичности происходящего и от… моей близости. Он не испытывал отвращения. Он просто трепетал…

И я восприняла это как… одобрение? Хотя в такой неоднозначной ситуации трудно было бы сказать, он действительно хочет продолжения или просто сильно шокирован.

На сей раз я поцеловала его уже жестче и требовательней, заставив его раздвинуть губы и принять мой язык, скользнувший по его зубам. Макс задрожал еще сильнее, а потом со стоном обхватил меня руками и быстро перехватил инициативу.

Ого! А он, оказывается, такой горячий! Не побоялся того, что я выгляжу, как парень…

Меня саму накрыло непередаваемое ощущение эйфории и дрожи. За всю прежнюю жизнь мне еще никогда не приходилось так страстно целоваться.

Все те поцелуи, которые дарили мне парни на Цвинне, пытаясь начать со мной отношения, казались детскими играми по сравнению с тем шквалом страсти, что прямо сейчас обрушил на меня Макс…

Он ласкал мои губы яростно, взрывоопасно, и я почти забыла, зачем все это начала. Хотелось большего, хотелось просто никогда не останавливаться — так мощно наслаждение затопило меня до краев, но… я все-таки смогла вспомнить свою первостепенную задачу и, обхватив его лицо ладонями, включила ментальные силы.