Я стиснул челюсти и коротким кивком указал ему на дверь. Удавлю! И девчонку, и подругу её, и этого недомерка.

— Поосторожнее бы ты с Кондратьевым, — негромко сказал Алекс, когда Артур вышел. — Не руби сгоряча.

— Сгоряча? — Я невесело усмехнулся. — Я ведь решил, что себе её оставлю. Увезу на несколько дней в летний дом, а там с отцом разберусь… — усмехнулся снова и заметил, что небо за окном уже начинает светлеть.

— Почти четыре, — ответил Алекс и после недолгого молчания добавил: — За ребят Кондратьев должен ответить, не спорю. Да и за дырку у тебя в плече. Но шлюха…

— Эта шлюха принадлежит мне, — прочеканил я. А я ненавижу, когда кто-то присваивает себе то, что принадлежит мне, Алекс.

Милана

Где-то ранним утром машина наконец остановилась возле неярко подсвеченного здания, на поверку оказавшегося придорожным отелем. Внутри было вполне комфортно и чисто. Не гостиница высокого класса, но и не убогое, Богом забытое место. Впрочем, окружающая обстановка меня не заботила. Я вообще ничего не замечала не смотрела по сторонам, не видела устремлённых на меня любопытных взглядов. Меня словно бы оглушили. Там, одновременно со звуком выстрела. Того самого, пуля которого угодила в Вандора. Потому что он отвлёкся. Потому что он смотрел на меня…

— Пойдём, милая. — Матвей твёрдо взял меня под локоть и повёл вглубь коридора.

Гостиница была небольшая, двухэтажная и, как я сообразила поздним числом, комната наша находилась внизу.

В машине мы с Матвеем почти не разговаривали. Почему-то мне даже смотреть на него было трудно, а уж когда он касался меня… Прикосновения казались чужими и были мне неприятны. Почему, взять в толк я не могла. Это же мой Матвей. Мой Матвей. Мой…

— Как же я долго тебя искал, — глянув на меня, проговорил он, открывая дверь номера. — Этот ублюдок отгрохал за тебя сумму в два раза больше изначальной, представляешь? — бросил с какой-то скрытой злостью. Словно бы это я была виновата в том, что оказалась у Вандора."

"Не оглядываясь, Матвей вошёл в узкий коридорчик, и я покорно поплелась следом. Вряд ли мои ощущения справедливы: скорее всего, его раздражение просто следствие стресса и усталости. Даже представить страшно, сколько сил потратил он, чтобы найти меня и устроить похищение. Выходит, договориться с Вандором ему так и не удалось…

Матвей щёлкнул выключателем, и в комнате стало светло. Я прищурилась. Голова у меня болела, хотелось пить, а руки были холодными. Я смотрела на Матвея и пыталась понять, что мне делать. Сколько прошло времени? Три часа? Четыре? Знать бы только, что Вандору оказали помощь…

— У меня чувство, что ты мне не рада, — внезапно произнёс Матвей, обернувшись ко мне. Осмотрел меня от лица до кончиков босоножек и снова поднялся к лицу.